— Что? — тихо спрашивает он. В его глазах вспыхивает напряжение, мышцы на челюсти напрягаются. — Повтори.
— Я работал на него, Игнат. Всегда. С тех пор, как едва не сел по малолетке, и он меня отмазал.
Секунду Касьянов стоит, застыв, а потом резко двигается. Кулак врезается мне в челюсть, отбивая голову в сторону. Я чувствую металлический привкус крови во рту, но не сопротивляюсь. Просто стою и принимаю. Заслужил.
— Ты, сука, врал мне?! — теперь в его голосе холодная ярость. Он бьёт ещё раз, по рёбрам. Я пригибаюсь, но не падаю.
— Да, я скрывал это, — выдыхаю я, когда дыхание возвращается. — Но я никогда не играл против тебя, Игнат. Никогда. Белый знал, что я не позволю ему стравить нас или манипулировать тобой через меня.
Игнат скрипит зубами, тяжело дышит, потом отступает на шаг, яростно стирает пальцами кровь с костяшек.
— Чего ты хочешь? — его голос низкий, глухой. — Если пришёл умолять о прощении, проваливай.
Я качаю головой, сплёвываю кровь на пол.
— Лиля в опасности, — говорю я, голос садится. — Жена моего дяди.
Игнат прищуривается, напряжение на его лице сменяется внимательным взглядом.
— Милфа твоя? — хмурится.
Я киваю, сжимая зубы.
— Белый использует ее, — выдыхаю я. — Он загнал её в ловушку. Я тоже был частью этой ловушки, но, Игнат… — я замолкаю на пару секунд, а потом выдыхаю правду: — Я влюбился в нее.
Игнат смотрит на меня долго. Он понимает, что это не просто интрижка. Что это не баба на одну ночь.
— Я не собирался. Это было задание от Белого — соблазнить жену прокурора, снять доказательства его позора и взять на крючок. Я был только рад, ведь когда-то мой дядя отказался от меня. Не хотел портить карьеру на взлёте, ему не нужно было, чтобы кто-то знал, что его племянник — малолетний преступник. Хотя, ты сам знаешь, что это была просто пьяная драка, а папаша того ссыкуна оказался сильно небедный, в отличие от моей матери.
В груди сдавливает. Херово так становится, потому что, сейчас, рассказывая Игнату, я будто со стороны смотрю на свою жизнь и осознаю, насколько я уже успел вляпаться в дерьмо в свои двадцать четыре.
— И я всё сделал. Почти. Но потом понял, что не смогу довести до конца, потому что… потому что вляпался в жену прокурора. Потому что её просто уничтожат, она — разменная монета, понимаешь? Не Белый, так прокурор. Ей пиздец, Игнат.
— И что теперь? — его голос уже не такой яростный, но всё еще острый, как лезвие. — Ты хочешь противостоять Белому? Хочешь её вытащить?
— Да, — я не колеблюсь. — Но я не справлюсь один, брат.
Игнат достает сигарету, вздыхает, и одну протягивает мне. Прикуривает и медленно качает головой.
— Ты, блядь, просто магнит для проблем, — выдыхает он. — Ладно. Рассказывай всё. Мы разъебём этот грёбаный план моего долбанного папаши к чертям собачьим.
___________
Девочки, кто пропустил — история Игната Касьянова — "Хочу тебя себе"
Но на всякий случай предупреждаю, Игнат не сладкий пирожочек)
44
Я выхожу из клуба, глубоко вдыхая холодный ночной воздух. Грудь все еще сдавливает напряжение после разговора с Игнатом, но теперь хотя бы есть шанс, что всё можно изменить.
Он мне поможет. Постарается, по крайней мере.
А значит, у Лили должен появиться выход из того дерьма, в которое я ее затащил.
Да, именно так. Именно я.
И хоть Игнат и пытался убедить меня, что если на это дело не пошёл я, пошёл бы кто-то другой. Когда Белый выбирает объект, когда определяет кого-то в расходный материал, то это уже без шансов.
Но я всё равно виню себя. Ведь именно я стал тем палачом для нее.
Я засовываю руки в карманы куртки и быстрым шагом двигаюсь по тёмной улице. Город спит, только редкие машины проносятся мимо, фары выхватывают из темноты куски мокрого асфальта. Воздух пахнет дымом, холодной безвоздушной духотой, чем-то горьким, и я не сразу понимаю, что это привкус предчувствия. Хренового предчувствия.
— Илю-юша…. — раздаётся негромкий голос за спиной, но я сразу понимаю, кто это.
Чёрт.
Не теряя ни секунды, я бросаюсь вперёд, ноги сами несут меня по переулку. Сердце колотится, в ушах только шум крови.
— Сука! — Цепляю бочиной угол дома на повороте, и в глазах темнеет от боли, но я продолжаю бежать.
Бежать. Надо просто бежать, пока не поздно.
Но поздно.
Меня настигают.
Кто-то хватает за плечо, дергает назад, я почти вырываюсь, но тут же второй удар в корпус сбивает с дыхания. Затем ещё один, по затылку — и перед глазами расплываются вспышки. Земля уходит из-под ног, и меня поглощает вязкая тьма.