Когда потянулся к ручке калитки, на мгновение замер. Хоть солнце уже практически село, но я заметил, что кто-то подкрасил едва заметный скол краски. Пройдя во двор, кивнул с довольным выражением. На каменной дорожке, что вела к дому, отсутствовали сорняки. Они были небольшими. Только начинали прорастать. Но их уже убрали.
Не то чтобы я за своим домом совсем не ухаживал. Чинил, красил, убирал мусор… Моё удивление просто вызвало то, что обо всём позаботились за меня.
Следовало мне переступить порог жилища, как я почувствовал свежесть, которая возникает после уборки. Пол в прихожей прямо сверкал. И стены, кажется, тоже были протёрты.
Услышав, что я вернулся, Мей решила спуститься ко мне. Она встретила меня на выходе из ванной комнаты. Хотел чуть освежиться, всполоснув лицо. И руки помыть тоже было не лишним делом.
— Привет, — прислонившись к стене, поздоровалась со мной Мей.
Было слегка непривычно видеть её в домашней одежде. Теруми предстала передо мной в просторной белой футболке, которая спускалась до бёдер и практически прикрывала короткие чёрные джинсовые шорты. Также сейчас её волосы не были уложены в любимую причёску. Только выпрямлены и расчёсаны.
Хоть нечто подобное я наблюдаю уже несколько дней, но мозги всё равно каждый раз скрипят, когда вижу Мей не в платье. В голове у меня сложилась ассоциация этой женщины с подобного вида нарядами. Прямо хочется спросить: «А где твоё платье, Мей?» Видеть Теруми в какой-то другой одежде для меня… странно.
На самом деле это не только моя проблема. Образ бывшей Мизукаге в платье въелся не только в моё сознание. Когда она изменила стиль, простые люди и даже журналисты, что уже прознали про переезд Мей в Коноху, банально не узнали её. Теруми могла спокойно гулять по селению, и никто бы не взглянул на женщину.
Вру. Она красива, так что хотя бы минимальное мужское внимание ей обеспечено.
Мей стояла, держа себя за локти. По хитрой улыбке было несложно осознать, что она делает это специально, приподнимая руками грудь, чтобы та визуально казалась больше. Планам Теруми даже не помешала просторная футболка. Мей кивнула, когда я на мгновение опустил взгляд с её лица.
— Привет… — не успел я поднять руку, чтобы поприветствовать её, как оказался в объятиях этой женщины. Она решила не терять время и продолжить наступление, да?
— Ты выглядел уставшим, — сказала она после того, как встала на носочки и поцеловала меня в щёку. — Я читала, что объятия и поцелуй придают мужчинам бодрости после тяжёлого рабочего дня.
«А она читает в общем-то неплохие книжки», — подумал я, обнимая Мей в ответ.
— От тебя исходит какой-то больничный запах, — заметила она, но не отстранилась.
— От тебя он бы тоже исходил, побудь ты в госпитале двенадцать часов.
— Хочешь есть? — спросила Мей, подняв на меня взгляд.
— Было бы неплохо.
Мы прошли с Теруми на кухню. Она достала из холодильника коробки с едой навынос. Пока Мей грела её, я не позабыл поблагодарить женщину:
— Спасибо, что убралась и занялась прочими делами.
— Пустяки, — отмахнулась Теруми, но я заметил, как на мгновение её улыбка стала ярче.
Мей не только переложила еду в нормальные тарелки и разогрела её, но ещё помыла и нарезала фрукты, а затем приготовила чай. Я хотел помочь Теруми, но она усадила меня обратно за стол.
Попробовав карри, я отложил прибор.
— Невкусно? — Мей сразу же заметила, что я сделал.
— Нет, нормально… Но где твоё? То, что приготовила ты сама?
В эти дни Теруми училась готовить. Обычно меня встречали двумя видами обедов после госпиталя: тем, что приготовила сама женщина, и едой навынос. Сегодня на столе кулинарных подвигов Мей я что-то не наблюдал. До этого мы каждый день пробовали то, что она готовила, и обсуждали, как можно улучшить вкус. Теруми трезво оценивала свои способности. Она знала, что у неё получается так себе. И это если повезёт. Именно по этой причине Мей брала ещё и еду навынос.
Теруми поморщилась.
— Сегодня получилось просто отвратительно. Как только попробовала, сразу же решила выбросить.
После данного откровения Мей продолжила ужин. Ну, раз сегодня нет рубрики «эксперименты», то и я последовал её примеру.