— Можем ли мы начать, не дожидаясь последних приглашённых на это собрание людей? — спросил как раз-таки один из специалистов высокой квалификации.
— Нет, — не скрывая своих истинных чувств, ответила ему Сакура. — Совет ирьёнинов госпиталя был созван мной как раз по просьбе этих гостей.
Следовало медикам услышать слово «гость», как поднялся гомон. Ирьёнины начали рассуждать про то, что их совсем не уважают, раз опаздывают на встречу, которую сами запросили. В отличие от других, я отстаивался спокойным. Просто сконцентрировался на клоне, который сейчас проводил время с Теруми. Казалось, что мы с Сэтоши вообще задремали. Правда, старик на самом деле заснул. Вот уж кто не любил терять время зря…
Через минут пятнадцать, когда глаз Сакуры начал подёргиваться и она уже хотела отпустить нас по своим делам, в её офис заявилось три человека. Все они были из клана Хьюга. Глава вместе с двумя помощниками. Один из них держал в руках десяток папочек.
Я разбудил Сэтоши. Глава клана Хьюга поприветствовал собравшихся ирьёнинов. Так как здесь сидели люди гордые, большинство, несмотря на высокий статус гостя, проигнорировали его приветствие. Это именно он пришёл с просьбой. Да ещё опоздал на встречу.
Обменявшись приветствиями, Сакура указала на свободные стулья.
— Присаживайтесь.
— Спасибо, Учиха-сан, — кивнул пожилой глава Хьюга. Кажется, это был отец Хинаты и дедушка Боруто. Да, точно он. Это Хиаши Хьюга.
Перед тем как глава Хьюга присел, он взмахнул рукой и велел своим помощникам раздать материалы ирьёнинам. Одна папочка вскоре досталась и мне.
Кто-то воскликнул от удивления.
— А вы были правы, Шисуи-сан, — зевнув, сказал Сэтоши.
Он, как и остальные ирьёнины, уже быстро пролистал переданную папочку. В ней описывались повреждения Бьякугана и попытки спасти доудзюцу. А ещё, внезапно, некоторая часть устройства глаза. Подобной откровенности я не ожидал. Но с другой стороны, как мы должны лечить то, устройство чего даже не знаем?
— У кого-то есть идеи? — спросила Сакура, когда увидела, что большинство медиков уже ознакомилось с материалами.
— Моя сила здесь точно не поможет. Прошло слишком много времени после ранения. Если бы пациента доставили вчера, сразу же, как она пострадала, тогда шанс ещё был, но сейчас… Я не думаю, что способна помочь, — первой высказалась Карин.
На её слова Сакура просто кивнула и обвела взглядом других присутствующих. Один из ирьёнинов поднял руку. Как раз человек, что занимается глазами. Он обратился прямо к главе Хьюга.
— Глаза легче заменить, чем лечить. Повреждения слишком… обширные. Неужели в клане Хьюга не найдётся… донора для дочери главы?
Да, сегодня мы собрались в офисе Сакуры из-за травмы Ханаби Хьюга, младшей дочери Хиаши. И я был согласен с ирьёнином. Повреждения от кислоты были слишком ужасными. Противник неплохо отомстил девушке перед своей смертью.
Донор, скорее всего, был. Я думаю, что у Хьюга для таких случаев даже припасено пару Бьякуганов. Понимал это и ирьёнин, который задал вопрос Хиаши. Просто тема доудзюцу довольно щепетильная. Поэтому он пытался выражаться как можно деликатнее. Получалось у него, правда, так себе.
Хиаши на несколько секунд опустил взгляд в пол. Это было сложно заметить, но я сидел практически напротив него. Несколько раз сжав челюсть, ненамеренно демонстрируя тем самым, как сильно он негодует, мужчина ответил:
— Бьякуган Ханаби… особый. Мне бы хотелось, чтобы моя дочь сохранила его, — сказав это, глава клана Хьюга замолчал. Предполагаю, в особенности глаз своей дочери он тоже сознаваться не очень-то и хотел. Но если бы Хиаши не сказал это, мотивации возиться с доудзюцу Ханаби у ирьёнинов госпиталя просто бы не возникло. Медики подумали бы, что глава клана хочет восстановить Бьякуган дочери из-за каприза, и всё.
После началось полноценное обсуждение проблемы и способов лечения. Судя по тому, что те два представителя Хьюга, что сели по сторонам от Хиаши, время от времени что-то нашёптывали ему в уши, они были клановыми ирьёнинами. Сэтоши подтвердил моё предположение. Причём отозвался об одном, как о неплохом специалисте. Подобное признание от моего знакомого многого стоит.
Наш консилиум длился уже более часа. Решение, как восстановить доудзюцу, за это время так и не было найдено. Некоторые специалисты уже покинули кабинет Сакуры, сказав, что проблема для их уровня слишком серьёзная. Это были ирьёнины, которые как раз чуть углубились в лечение глаз, и Карин. Лишь два человека, которые не входили в число лучших медиков госпиталя, остались на совещании. Разинув рот и время от времени конспектируя, они слушали своих коллег. Запомнил эти лица. Из них в будущем могли выйти хорошие ирьёнины.