— Да, — спокойно ответил мне змеиный Саннин. — Но Учиха Шин уже вызвал ваше недовольство. Шанс того, что после встречи с ним вы пришли подавить меня окончательно, велик.
— Пока что мы просто хотим с тобой поговорить, Орочимару, — заверил его Наруто.
— Если это говорит Хокаге, то теперь я спокоен.
В голосе змеиного Саннина можно было расслышать усмешку.
В конце коридора наконец-то показалась комната. Похоже, к ней мы и держали всё это время путь. Помещение было светлым в отличие от тех туннелей, по которым наша группа шла к нему. Комната одновременно напоминала лабораторию и место для отдыха персонала. От первой здесь присутствовали множество компьютеров, большие колбы, в которых плавали эмбрионы и даже дети возраста Сарады, а также иное специфическое оборудование. От комнаты для отдыха в этом месте были несколько удобных диванчиков, кофейный и обеденные столы, холодильник, кухонный гарнитур… Ровно посредине помещения на полу был постелен белый ворсистый ковёр.
Если у меня данное помещение вызывало двоякое ощущение, то у детей с этим оказалось всё куда проще.
— Напоминает лабораторию безумного учёного, — «прошептала» Акимичи в ухо своей подруги.
Мать Сарады кивнула и посмотрела на меня очень выразительным взглядом.
— Где-то подобное я уже видела.
Я посмотрел на один из специфических приборов, которые сейчас делают только на заказ.
— А ты говорила, что только пять деревень могут обеспечить себя чем-то подобным.
Я всё думал, когда же кто-то из старшей троицы спросит меня про операционную. Строить нечто подобное на своей тайной базе, если ты не используешь это помещение, как минимум странно. Особенно с тем размахом, который был у меня. Сакура должна была заметить некоторое весьма специфическое оборудование, которое обычным врачам не нужно. И, судя по всему, она просто выжидала удачного момента. Правда, Наруто и Саске от замечания своей сокомандницы и ухом не повели. Даже при виде колб с эмбрионами они остались вполне спокойными. А значит, ко всяким экспериментам относятся вполне спокойно. Поняла это и Сакура, поэтому разочарованно выдохнула. Даже захотелось подбодрить девушку, похлопать её по плечу, мол, хорошая попытка, это они тупые, а не ты.
Орочимару, не обращая внимания на наш диалог, пригласил присесть на диванчики, а сам пошёл… заваривать чай.
Когда поднос с чашками был поставлен на кофейный столик, Саске начал допрос Орочимару или одного из его клонов, что сидел ко мне ближе всех.
— Так ты говоришь, что не имеешь к деятельности Учихи Шина никакого отношения?
— Верно, — ответил змеиный Саннин, пока я решил попробовать то, что он для нас заварил. Всё равно меня отравить невозможно. Хотя… это же Орочимару. — Более того, я был бы весьма рад, если бы вы…
— Весьма недурно! — перебил я от удивления змеиного Саннина. Посмотрев на него, искренне извинился.
— … избавились от Шина и всех его клонов, — закончил хозяин лаборатории.
— Почему ты сам этим не занялся, если Шин тебя не устраивает?
Орочимару усмехнулся.
— Шин меня боится. Ко мне он не станет приближаться. Я также не думал уничтожать его после побега потому, что Шин дефектный. Он обладает удивительной способностью прививать себе чужие гены, но при этом в его генетической цепочке есть ошибка, которую просто невозможно исправить. Продолжительность жизни Шина невелика. По моим расчётам, он проживёт ещё где-то год. В лучшем случае два. Проблема должна была решиться сама собой, поэтому я не торопился устранять Шина. Дополнительно до этого момента он особо не высовывался, боясь, что я обнаружу и приду за ним.
В голосе Орочимару я уловил нотки веселья. Поставив чашку на стол, спросил у него:
— Ты ведь всё это время знал, где находится Шин?
— Даже без Шарингана твои глаза проницательны, Шисуи.
— Неизвестный нам эксперимент никогда не заканчивался. Ты собирал данные о Шине до сегодняшнего дня?
— Время от времени я проверял, чем он занимается, — согласился Орочимару. — Мне хотелось узнать, как будет развиваться подопытный на воле. Шин в этом плане меня разочаровал. Большую часть времени он безвылазно сидел на своей базе, никак не прогрессируя.
— Тебе не хотелось захватить его Мангекё? — спросил Саске, потерев своё плечо.
— Повторюсь, Шин дефектный. Он обладает удивительной возможностью прививать себе любой геном, но… только частично. У Шина есть Шаринган и даже Мангекё, но он невероятно слабый пользователь этого доудзюцу.
Я тоже обратил на это внимание. Шин да его армия клонов были какими-то слабыми, как для владельцев Мангекё Шарингана. Не все Учихи могли побеждать тысячное войско, но те, у кого был продвинутый уровень доудзюцу, всё равно представляли собой весьма опасных противников… Шин же и его клоны в теории способны доставить проблем, но именно числом. Боец из Шина откровенно паршивый. Может, дело ещё в том, что, со слов Орочимару, он всё время сидел на своей базе, боясь высовываться в большой мир, поэтому опыта у него маловато… Также во время проверки организма «Учихи» я обнаружил одну странность. У меня не было достаточной статистики для её подтверждения. Ранее из владельцев Шарингана я исследовал только собственное тело, но сейчас рядом со мной присутствует Орочимару, что может подтвердить мою догадку.