Мы с Сарадой играли в одну игру. Она должна была развить внимательность девочки. Весьма полезный навык как для шиноби вообще, так и для представителя клана Учиха в частности. Я время от времени переставлял вещи в своём доме, менял их на другие. И Сарада должна была сказать, что же изменилось с последнего посещения жилища. Не думал, что этой простой забавой выстрелю себе однажды в ногу.
— Молодец, — безмятежно ответил девочке, словно ничего не случилось. — Присаживайся, мне нужна твоя кровь.
Сарада положила свою руку на небольшую подушку и немного поработала ладонью. Обработав место укола, я сосредоточился на вене девочки и вонзил в неё иглу. Как всегда, без Шарингана с первой попытки сделать это бы не получилось. Можно использовать ирьёниндзюцу, чтобы попасть по вене, но моя чакра, даже медицинская, сильно влияет на результаты исследования.
Вакуумная пробирка очень быстро заполнилась кровью. Сменив её, заполнил вторую. После этого игла из вены девочки была извлечена, и я уже без опасений повлиять на результаты исследования, заживил её небольшую ранку с помощью ирьёниндзюцу.
Пока я размещал образцы в аппаратуре, Сарада, словно уже проделывала это тысячу раз, без лишних вопросов легла на кушетку и стала дожидаться меня. Достав из холодильника пакетик с кровью Зецу, вскоре установил капельницу для юной Учихи. Хотя… уже не совсем Учихи.
Вообще говоря, если где-то в мире не прячутся чистокровные Учиха, то… этот клан просто перестал существовать. Как минимум в плане генетики. Я кто угодно, но не Учиха. С Саске дела обстоят точно так же. Сакура изначально являлась Харуной. Сарада после стольких переливаний крови Белого Зецу в моём представлении тоже не Учиха. Её и раньше было сложно назвать членом этого клана. Не из-за того, что Саске женился на Сакуре. Дело в самом парне. Опять же, он тот ещё мутант на самом деле. Хуже дела обстоят только с джинчурики. Короче говоря, как и от многих других кланов, от Учиха осталось лишь одно название.
Во время переливания крови Сарада на этот раз даже задремала. Это был хороший знак. Подобное означало, что перестройка генома практически закончилась. В первый раз даже с моей помощью девочке казалось, что под кожей ползает армия муравьёв и во всю её кусает. Временами неприятные ощущения были сильнее, и она иногда вскрикивала от боли. Сейчас же мирно спала.
Сараде потребовалось куда больше переливаний крови, чем я изначально рассчитывал, чтобы полноценно изменить её геном. С учётом того, что до этого считал и пересчитывал несколько раз, точно ли с ней всё будет в порядке и прочее, это неприятно поразило меня. Я был взволнован безопасностью девочки, её здоровьем. На некоторое время процедура переливания оказалась отложена. Я взялся за расчёты изменения генома девочки заново. Чуть ли не десяток раз всё перепроверил и в итоге… выдохнул.
С Сарадой ничего плохого не должно было произойти даже с заметным увеличением продолжительности нашего эксперимента. Скрипя зубами, я признал, что в очередной раз в мои расчёты вмешалось то, что называю фактором чакры. Будь мы в обычном мире, шанс ошибиться в расчётах оказался бы минимальным. Но в этом была чакра, переменная, которую невероятно сложно просчитать. Мне, честно говоря, это практически никогда не удавалось. А те разы, когда всё же получалось, считал, что просто повезло. Итак, чакра Сарады просто сопротивлялась изменениям, которые мы пытались внести в её организм. Она боролась с небольшими остатками энергии Белого Зецу, поступающей в тело вместе с кровью. Боролась, но всё же осознала пользу союза. Или смирилась с ним. Чёрт её разберёт.
Когда кровь в пакетике закончилась, мне даже пришлось разбудить Сараду. Сама она к этому моменту уже крепко спала. И чего так рано пришла, если ей хотелось спать?
— Дядюшка? — с сонным видом присела она на кушетку. Обратив внимание на руку, в которой отсутствовала капельница, Сарада спросила: — Уже всё?
— Да, ты можешь быть свободной…
Под конец моих слов живот Сарады заурчал. Она смущённо уставилась на меня. Её рука по привычке потянулась поправить очки, которых на девочке больше не было.
— Ладно, как насчёт завтрака?
Улыбнувшись, Сарада кивнула.
Поднимаясь из своей лаборатории, я отметил:
— Честно говоря, я сам ещё не завтракал. Когда ты пришла, только встал с постели. Твой ранний приход меня слегка удивил.