На второй день пути, после того как мы покинули Нью-Порт-Ричи и проделали часть пути по 39-му шоссе, где-то чуть севернее жалкой кучки домов, претендующих на гордое имя Форт-Лонсом, мы заскочили в небольшой бакалейный магазинчик купить еды к обеду. Стоило нам перешагнуть порог лавки, как стоявшая за прилавком тучная продавщица уставилась на нас с явным любопытством.
— Чужие сюда редко заглядывают. Откуда, ребята? — спросила она.
— Из Калифорнии,— ответила я.
— Калифорния! Так вы из Калифорнии?
— Да.
— «Чёртовы Ангелы». И это всё, чем славится ваша Калифорния, надо же, «Чёртовы Ангелы». Вы тоже — из этих? — Тётка беспокойно скользнула взглядом по велосипедам.
— Да нет,— ответила я.— Вообще-то не все калифорнийцы — «Ангелы». Да и «Чёртовых», если честно, не так уж много, особенно за пределами Окленда.
— А вот этого — не надо! — взорвалась толстуха.— Моя соседка как-то съездила в Калифорнию. Так вот она рассказывала, что там эти типы на мотоциклах торчат повсюду, куда ни плюнь!
— Но поймите же, ведь это не значит, что каждый калифорнийский мотоциклист непременно и есть этот самый «Чёртов Ангел». Они...
— Ну уж мы-то здесь знаем! — отбрила она меня.— Будьте спокойны. Мы тут на дух не выносим всяких там мотоциклистов. Наши ребята любят палить по ним, когда те мимо проезжают.
Женщина на минуту закрыла рот, снова вперившись в наши велосипеды. Коротышка лет сорока, она прятала свои телеса под складками необъятного домашнего платья из набивного ситца. Её тёмные волосы были коротко острижены.
— Но мы же путешествуем на велосипедах, а не на мотоциклах,— успокаивал её Ларри.
— Ну, не знаю. Местные могут пульнуть и в вас. Захотят и турнут вас отсюда.
Пока она продолжала с подозрением разглядывать наши велосипеды и скарб, мы с Ларри одновременно подумали об одном и том же. Почему никто не предостерёг нас? Нам приходилось слышать немало историй о неотёсанных обывателях Техаса, Алабамы и Миссисипи, мягко говоря, недолюбливающих велосипедистов. Один из велотуристов рассказывал, что, когда он путешествовал по Техасу, один лихой ранчмен, проезжавший мимо в своём пикапе, буквально изрешетил пулями вьючники у него за спиной. А вот о Флориде даже и речи не было.
После недолгого молчания женщину вновь прорвало:
— А скажите-ка всё-таки, что заставляет леди тащиться на велосипеде в такую даль — от самой Калифорнии до Флориды? Ясно ведь, женщина, будь она в здравом уме, никогда не станет делать ничего подобного. Ты, что ли, заставил её проделать этакое? — Она свирепо взглянула на Ларри.
— Да что вы! Это была её идея,— хихикнул Ларри, прежде чем я успела раскрыть рот.
— Опять заливаешь. Да только посмотри на неё, ну разве ей могло прийти в голову такое. Вот беда-то: тощая — кожа да кости, ей ли крутить педали этакой громадины. Ты её вынудил это сделать, хоть бы постыдился! Ладно, скажу вам одно — не зевайте. Помните, что я вам говорила! Не любим мы всяких там байкеров.
Подгоняемые душевным напутствием, мы с Ларри вынырнули из магазинчика и вновь покатили на юг по 39-му шоссе, держась своей узкой «ленточки» асфальта, в то время как грузовики, пикапы и легковушки с лязгом и фырканьем проносились мимо. К концу дня, когда пришло время остановиться, мы не заметили, как оказались в окружении болот, изгородей из колючей проволоки и знаков: «ЧАСТНЫЕ ВЛАДЕНИЯ», исключающих всякую возможность свободно расположиться на ночлег. Здесь, в Центральной Флориде, нам обоим как-то особенно не хотелось форсировать изгороди и уж тем более ставить палатку в частных владениях. Мы уже усвоили, что даже если и не достанемся аллигаторам, то какой-нибудь разгневанный ранчмен непременно начинит нас пулями. И мы продолжали катить вперёд в надежде добраться до сухого, не опутанного проволокой пятачка.
К тому времени, когда мы свернули на 62-е шоссе и вкатили в крошечное «пятнышко», обозначенное на нашей карте как Дьюэтт, уже почти стемнело. Этот флоридский «Дуэт» состоял из двух зданий: школы с одной классной комнатой и со знаком «Частные владения» на краю школьного двора и церкви баптистской общины Сухих прерий. Сразу за церковью раскинулся необъятный простор лужайки — самое место для палатки. Воскресный вечер. Если верить объявлению на церковном фасаде, служба должна была начаться в восемь часов. Однажды, ещё до путешествия, нам случилось просить разрешения поставить палатку на церковных землях — во владениях Епископальной церкви в селении Оксфорд, Коннектикут. Члены общины не только пригласили нас к себе переночевать, но и накормили обедом и завтраком, снабдив нас «сухим пайком» на дорогу.