— Гришенька, ирод мой окаянный, сиди здесь, не высовывайся! У нас такая гостья! А ты в исподнем… поспи пока еще, не до тебя сейчас, — услышала Соня громкий шепот и невольно улыбнулась сквозь слезы. Она огляделась, заметила около подоконника оторванный кусочек обоев. Из-под нескольких слоев бумаги выглядывал краешек потускневших шелковистых шпалер с гирляндой из мелких розочек. Когда-то в далекой юности она эти обои сама выбирала, сколько раз, засыпая и просыпаясь, видела их перед глазами! Соня коснулась кончиками пальцев этого островка ушедшего в небытие мира. Взглянула на часы и заторопилась. Экскурсия уже заканчивалась, надо было бежать.
Она торопливо сунула бесценный сверток с письмами в сумку, написала на клочке бумаги свой парижский адрес, выгребла из кошелька все деньги, сколько было, оставила на столе.
— Что это? — Агафья с удивлением разглядывала бумажки.
— Это мой адрес, перешли его Светлане и девочкам. Пусть мне напишут. А может быть приедут. И ты пиши. А на эти деньги купите себе подарки. От меня.
— Нет-нет-нет, заберите. У нас за валюту сажают. Нельзя… А адрес… я тут ничего не разберу, не по-нашему написано.
— А ты и не разбирай, просто перерисуй аккуратно. Может, я заберу тебя к себе, во Францию? Будешь жить, как королева.
— Да какая из меня королева, скажете тоже… У меня тут Гриша, Софьюшка, два внука. Куда я от них? Корни мои здесь. И вы бы оставались… Куда вас опять несет?
— Домой, к своим корням. Отрастила на чужбине. Меня там сынок ждет. Он авиаконструктором стал. Невестка есть Машенька, врач, и внучка Эстель. А еще есть свой бизнес, шляпный салон. Все у меня хорошо, не печалься обо мне Агаша. И чтобы все это не потерять, мне нужно срочно бежать. Рано утром улетаю назад, в Париж. Не поминай лихом! Это большое счастье, что удалось повидаться.
— Да как же так? Неужто больше не свидимся?
— А это уж как Бог даст. Главное нашлись!
Софья расцеловала растерянную Агашу и заторопилась к выходу. Последнее, что увидела — заспанное лицо Григория, с любопытством выглядывающее из-за занавески.
Выбежав на набережную, оглянулась. В окне второго этажа Агафья, утирая слезинку, провожала ее взглядом, перекрестив вслед. Через пять минут Софья была уже на Дворцовой площади. Издалека увидела, как ее коллеги садятся в автобус. Руководитель группы разговаривал с переводчицей, водителем и милиционером. Вид у всех был крайне встревоженный. Площадь была заполнена туристическими автобусами и людьми. Перестраиваясь от одной группы к другой, Соня постаралась незаметно пересечь открытое пространство, затем, спрятавшись за одним из автобусов, быстро переобулась в красные туфли, наскоро закрутила волосы в улитку, мазнула яркой помадой по губам, нахлобучила шляпку, нацепила красный поясок и вышла из укрытия. Французская группа уже сидела в автобусе. Пока сопровождающие товарищи что-то горячо обсуждали, Софья, обойдя автобус сзади, за их спинами спокойно поднялась в салон и, как ни в чем не бывало, села на свое место. При ее появлении все смолкли, потом взволновано загудели.
— Мадам, где вы были?! — спросила соседка. — Тут из-за вас такой переполох!
— А, где была, там уж нет, — беззаботно ответила возмутительница спокойствия.
Тем временем водитель занял свое место, в автобус поднялись руководитель группы и переводчица.
— Поймите, я не могу больше задерживать гру… — произнес Валерий и осекся на полуслове, увидев Софью.
— Мадам?! Мы с ног сбились, разыскивая вас! Как вы попали в автобус? — его удивлению не было предела.
— Я была в Эрмитаже. В автобус села вместе со всеми. Ну… чуточку опоздала.
— Но вас не было на экскурсии!
— Да, не было. Я купила входной билет за свои деньги, так? Значит, вправе смотреть те экспозиции, которые мне интересны. Я смотрела коллекцию картин импрессионистов, только и всего.
— Но… вы вошли в туалет и пропали. Больше я вас не видел!
— Не думаете же вы, что я три часа просидела в дамской комнате? Или, что покинула ее через зарешеченное окно? Просто, когда я вышла, вы засмотрелись на симпатичных девушек, а я не стала вас отвлекать.
Она говорила с такой уверенностью в собственной правоте, что уставший от всей этой суеты руководитель группы махнул рукой.
— Ладно, мы с вами побеседуем в гостинице.
— О, с удовольствием обсужу с вами увиденные картины, товарищ! Здесь потрясающий Ренуар! — Софья манерно закатила глаза.
— А все-таки, где вы были? — шепнула изумленная соседка, как только он отошел.
— Я же сказала, смотрела картины импрессионистов. В Эрмитаже уникальная коллекция! Я давно мечтала ее увидеть, — и озорница едва заметно подмигнула собеседнице.