Она рывком села. Вокруг светлая комната. Утренний ветерок слегка колышет легкую штору у приоткрытой балконной двери. По перилам балкона гуляют воркующие голуби.
Сон, это был всего лишь сон, — она перевела дыхание и откинулась на мягкую подушку. И тут же вновь села: где она? Как здесь оказалась? Голова слегка кружилась. Видимо, вчера она выпила слишком много вина. На соседней подушке, закинув руки за голову, безмятежно спал Иржи. Соня вспомнила вчерашний вечер.
Вспомнила, как машина вырулила на тихую улочку, застроенную особняками, похожими на кукольные домики, и остановилась около одного из них. Пан Иржи сам помог ей выйти из авто.
— Куда мы приехали?
— Добро пожаловать в мой дом, — спутник легко взбежал по ступенькам крыльца и открыл входную дверь своим ключом.
— Нет, я не могу… Ваша семья… Лучше отвезите меня домой, то есть пусть пан Франтишек…
— А водитель уже уехал.
Оглянувшись, Соня увидела, что машина, развернулась и уезжает.
— Да не бойся, Софи! В доме никого, кроме нас с тобой. А я тебя никогда не обижу. Ты мне веришь? — подбадривал ее пан Иржи, увлекая в дом.
Они оказались в прихожей, освещенной неярким светом двух бра, висящих по обе стороны высокого трюмо. В глубине помещения дубовая лестница вела на второй этаж. Пан Иржи распахнул украшенные витражным стеклом створки двери, ведущей направо, и Софья увидела уютную гостиную, в полумраке которой пылал камин. В простенке между окон стояло фортепиано, напротив него вдоль стены манящей группой расположились глубокие диван и кресла.
Пока она осматривалась, Иржи зажег свечи в высоком канделябре, поставил его на чайный столик. Отсветы заиграли в гранях двух хрустальных бокалов, отразились в стекле бутылки вина, в глянце ягод винограда. Он налил вино в бокалы, протянул один Софье, сам сел прямо на медвежью шкуру, расстеленную перед камином. Софья опустилась рядом. Сердце билось в ее груди так, что, казалось, его слышно во всем притихшем доме. Но ничего не происходило, они просто тихонько разговаривали, попивая вино и греясь в тепле, исходящем от камина. Постепенно Софи успокоилась, она уже ничего не боялась, просто слушала шепот Иржи, что-то отвечала. Но слова ничего не значили, зато так много значило его дыхание на ее щеке, тепло его руки, обнимающей ее плечи, касание губ к шее… ниже…
Что же она натворила! Бежать, немедленно бежать, пока Иржи не проснулся! Соня потянулась за шелковым халатом, предусмотрительно оставленным кем-то на пуфе у туалетного столика. Сильные руки сгребли ее и утянули назад на подушки. Лукаво улыбающееся лицо Иржи склонилось над ней.
— Куда это ты бежать задумала, а?
— Пусти меня, я же в издательство опоздала, пан Збышек будет недоволен! Как я ему объясню…?
— Ну, пану Збышеку я сам объясню то, что ему следует знать. Я даже могу походатайствовать, чтобы он тебе дал трехдневный… нет, недельный отпуск, — Иржи старался сделать серьезное лицо, но оно неудержимо расплывалось в улыбке, — я, знаешь ли, имею на твоего начальника некоторое влияние. Отдохни недельку, выброси все проблемы из своей хорошенькой головки, поживи беззаботно в этом доме.
— Правда? Целую неделю отдыха?!
— Конечно, правда, милая! Я сейчас уеду в издательство, вечером вернусь, и мы продолжим-м-м… Тебе было хорошо ночью?
— Я даже не представляла, что так бывает…
— Убил бы твоего мерзавца-мужа! Такую женщину чуть не сгубил…
— Но… чем я буду заниматься целый день? А вдруг твоя жена приедет?
Иржи сел на край кровати и уже серьезно сказал:
— Запомни, дорогая девочка, моя семья — это другая сторона моей жизни, тебя она не касается. Семья была, есть и будет. И чувства тут ни при чем. Это основа моей жизни, моей репутации, моего бизнеса. Жена моя женщина умная, в эту сторону моей жизни не лезет, поэтому здесь она не появлялась и не появится. Если ты тоже будешь умницей, то опасаться тебе нечего. Наслаждайся тем, что дарит судьба… в моем лице, — он снова улыбнулся, подмигнув ей.
— Напротив спальни мой кабинет, там прекрасная библиотека, есть французские романы, читай, гуляй в саду. А можешь вызвать Франтишека и поехать прогуляться, пройтись по магазинам, на выставку какую-нибудь. Деньги на карманные расходы здесь, — Иржи открыл шкатулку, стоящую на туалетном столике, и положил туда несколько купюр.
— Со всеми вопросами обращайся к экономке, пани Брониславе. Ты сама с ней познакомишься. В общем, делай, что захочется, но к семи часам вечера жди, пожалуйста, меня здесь, мое сокровище. Забудь про свой чердак, про все свои невзгоды, теперь твой дом здесь, если, конечно, ты принимаешь мои условия.