Мелодия закончилась. Девочка побежала по кругу, подставляя бубен под сыплющиеся из рук зрителей монетки. Петя умоляюще посмотрел на мать, и она дала ему один франк. Ее мальчик догнал танцовщицу, дернул за красный сарафан, девочка обернулась, подставила бубен. Бросив монетку, Петя вдруг привстал на цыпочки и поцеловал плясунью в щечку. Публика засмеялась и наградила смельчака аплодисментами. Петя подбежал к матери и спрятал зардевшееся лицо в складках ее юбки. Девочка ссыпала деньги в открытый футляр скрипки и присела отдохнуть на скамеечку у ног аккордеониста. Оркестр заиграл нежную мелодию.
Софье стоило немалых трудов увести сына с площади. Она пообещала ему, что на обратном пути они обязательно вернутся сюда и еще полюбуются на маленькую танцовщицу. Петя шел за матерью молча, постоянно оглядываясь и спотыкаясь. Софья наблюдала за сынишкой с улыбкой и удивлением. Давно ли он был частью ее самой? Но вот уже и первая влюбленность.
Так дошли они до площади перед фонтаном Сен-Мишель, отыскали салон модных шляп мадам Морель. Хозяйка салона, маленькая, подвижная дамочка, с острым, похожим на лисью мордочку, личиком, засыпала Софью вопросами. По ее заверениям, они с Албертиной когда-то были близкими подругами, и теперь ее интересовало все о ней. Софья постаралась дипломатично уходить от прямых ответов. Поток вопросов прекратился так же внезапно, как и начался.
— Дорогая моя, — сказала мадам уже иным тоном, — я даже не знаю, чем вам помочь… мастера мне не нужны, у меня их достаточно… Только ради Албертины, раз уж она за вас ручается, могу взять вас кассиршей в свой магазин. Начнете работать, а там посмотрим. Зарплатой не обижу.
Софья поблагодарила мадам Морель и откланялась. Решение было принято в пользу мадам Боннэт. Хоть там ей денег не обещали, зато предоставляли возможность учиться мастерству и творить. А ведь это и было целью ее приезда в столицу моды.
Чтобы быстрее закончить с делом, Софья хотела нанять такси, но не тут-то было! Петя потребовал возвращения на Соборную площадь. Пришлось матери сдержать обещание и последовать за сыном. Однако ни музыкантов, ни маленькой танцовщицы там уже не было. И тут произошел взрыв! Софья увидела перед собой маленькую разгневанную копию Иржи.
— Я же тебя просил не уходить! А тебе только твои дела нужны! — топал он ногами, отталкивая ее руки. Усевшись на мостовую, сын горько заплакал.
Переждав, пока эмоции немного улягутся, Софья присела на корточки рядом с Петей и начала негромким голосом, словно сама с собой:
— Знаешь, мне тоже понравилась эта девочка. И мы обязательно придем сюда в ближайшее воскресенье, посмотреть на ее танец еще раз. Она напомнила мне одну историю, которая произошла на этом самом месте много лет тому назад…
Сначала Петя слушал мать насупившись, потом перестал обиженно сопеть и заинтересовался, а вскоре они уже шли держась за руки и мирно болтая. Софья смотрела на сынишку и думала, что с этим маленьким мужчиной она, кажется, научилась справляться. Пока…
Решив проблему с работой, мадам Осинсуа, как она теперь представлялась, чтобы избежать лишних расспросов, приступила к следующей проблеме. Надо было найти жилье. Жить в отеле было накладно и неудобно. И эта задача оказалась легкоразрешимой. После двух дней поисков Осинцевы переехали в тесную, но уютную квартирку в пяти минутах ходу от мастерской мадам Боннэт.
У этой квартиры, кроме расположения, было два удобства: наличие ванны и камина. Камин обеспечивал тепло, и возможность, при некоторой сноровке, сварить на ужин кашку Пете и кофе себе. А на большее Сониных кулинарных талантов и не хватало. Из окна открывался такой романтичный вид на убегающую вниз мощеную булыжником извилистую улочку, застроенную двух-трехэтажными старинными домами с цветущей геранью на окнах. Над крышами вдалеке виднелась Эйфелева башня…
Не прошло и недели со дня приезда в Париж, а у Софьи осталась только одна нерешенная проблема: с кем будет Петя, пока она работает. Мадам Боннэт посоветовала ей обратиться в русскую гимназию, открытую для детей эмигрантов из России. При ней работала материнская школа для малышей. Разыскав ее, Софья посмотрела на детишек, играющих на ковре в светлой просторной комнате, на сына, присевшего на корточки рядом с девочкой с атласным бантом на макушке, на приветливую воспитательницу и отправилась к директору писать прошение о зачислении Пети.