— Может быть, Витторио рассердился, что я без спросу брал конфеты из вазочки у него в комнате? Давай поедем к нему, я извинюсь и пообещаю никогда больше так не делать.
— Нет, сынок. Конфеты таскать, конечно, нехорошо, но он на меня рассердился, а не на тебя. Ты тут ни при чем.
— Тогда, может быть, он согласится снова дружить со мной, гулять по выходным?
— Он теперь дружит с тетей Анеттой, а она его не отпустит. И вообще, нам и без них, вдвоем, хорошо, правда? Теперь у тебя есть велосипед. Давай попробуем прокатиться еще раз. Я постараюсь держать тебя крепче.
Петя, вздохнув, слез со скамейки и, усаживаясь в седло, сказал:
— Лучше бы ты мне подарила не велосипед, а нового папу. Он мне нужнее.
Эти слова болью отозвались в материнском сердце, она поняла, что переживает сын.
— К сожалению, пап в магазине не продают, надо это понять.
— Я знаю, — как-то обреченно ответил малыш, — а жаль.
Водоворот новых дел закружил Софью так, что переживать и вспоминать было некогда. Чтобы выжить в конкуренции с соседними бутиками, ей приходилось барахтаться день и ночь. Ошибалась, плакала ночами, но наступал новый день, и она опять бросалась в бой за свою мечту. Постепенно пришел успех. Ее заметили в мире моды, салон стал популярным среди парижанок. И теперь у нее есть хорошая квартира в латинском квартале, новенькая машина, целый штат сотрудников, признание коллег — все, о чем она мечтала. Почти все…
Между тем Петя как-то незаметно подрос, обогнав своих ровесников, стал слишком самостоятельным и не очень-то пускал в свой мир. А что ему еще оставалось с такой вечно занятой матерью?
На показ в доме моды Скьяпарелли она едва не опоздала. На ковровую дорожку меж заполненных изысканной публикой кресел уже ступили первые модели. Торопясь занять свободное местечко, Соня споткнулась о треногу фотографа, чуть не уронив камеру. Обменявшись с хозяином сердитыми взглядами и буркнув «пардон», Софья, наконец, села, оказавшись как раз напротив фотокамеры. В промежутке между проходами моделей она заметила нацеленный на нее объектив, а потом поймала внимательный взгляд серых глаз самого фотографа. Это был молодой, не старше тридцати пяти лет, мужчина. Светло-русые волосы коротко пострижены на висках, но надо лбом оставлены в беспорядке длинные пряди. Хороший костюм ладно облегал высокую спортивную фигуру. Он не походил на француза, скорее, на американца. Соня смутилась под этим взглядом, вдруг ощутила все свои годы. До сего дня она не задумывалась о возрасте, по-прежнему ощущая себя молодой, привлекательной. Все мужчины в ее жизни были старше, и относились к ней снисходительно, всячески подчеркивая, что она нуждается в их опеке. А сейчас, глядя на этого наполненного молодой энергией фотографа, почувствовала, что ей уже сорок один, и рубеж между молодостью и зрелостью пройден.
После показа хозяйка пригласила гостей на небольшой фуршет. Это была важная часть мероприятия, пренебрегать которой не стоило. Именно на таких встречах завязывались нужные знакомства, возникали идеи сотрудничества, а порой планировались серьезные контракты. Взяв с подноса бокал шампанского, Софья прислушивалась к разговорам, ища полезных собеседников. И вновь встретилась глазами с фотографом. Что-то знакомое почудилось ей в этом взгляде… Где она могла его видеть?… Вспомнился предутренний сон. Да… точно такой взгляд… что за наваждение?…
Мужчина направился в ее сторону. От его широкой белозубой улыбки Соня слегка запаниковала.
— Здравствуйте, мадам Осинсуа. Позвольте представиться: Марк Даниэль Вильсон, фотограф. Сотрудничаю с несколькими модными журналами. Давно хотел с вами познакомиться.
— Я, кажется, видела ваши фотографии в Vogue…
— Думаю, да. Могу и для вас сделать несколько рекламных снимков.
— Благодарю. У меня есть постоянный фотограф. А ваши услуги, боюсь, мне не по карману.
— Не по… как это?
— Не по карману, — Софья улыбнулась, — у русских есть такое выражение, означающее, что цена высока.
— Это забавно, да. Я слышал, что вы русская. Но мы можем договориться о приемлемой цене. Всегда надо пробовать что-то новое, не так ли? Возьмите мою визитку. Если надумаете, приходите в мое ателье. Буду ждать.
Софья взяла кусочек картона, опустила его в сумочку, и, попрощавшись, направилась к выходу.
Несколько дней Вильсон занимал ее мысли. Она гнала их прочь. Нет-нет, больше она в это болото не сунется. Хватит с нее обманов. Да и вообще, что она себе придумала? Молодой красавец, вращающийся в мире моды, наверняка окружен юными беззаботными нимфами. Она на их фоне перезрелая мадам слишком занятая работой. Молодой человек просто ищет выгодные контракты… Однако Соня внимательно приглядывалась к снимкам Вильсона в журналах и размышляла, что неплохо бы сделать подобные для оформления витрины и ателье. И эти затраты вполне могут окупиться.