— Почему меня не вызвали? — расстроился Пик-вик.
— Ты же у нас дельфин семейный, и к тому же у тебя жена на сносях, — быстро нашел объяснение его напарник.
— Цель экспедиции тебе известна? — поинтересовался Пик-вик.
— Я думаю, что это связано с появлением в районе северного магнитного полюса неопознанных плавающих и летающих объектов, — предположил Цви-лай.
— Может, это — люди, которые решили вернуться на Землю? — предположил Пик-вик.
— Ничего определенного сказать не могу, — признался напарник.
Проплыв через пролив, соединяющий Большую лагуну Великого архипелага с океаном, Цви-лай направился в юго-западный сектор, где располагался штаб армии, а Пик-вик повернул на восток.
Большая лагуна постепенно наполнялась ее постоянными обитателями: членами Ассамблеи народов моря и их помощниками, правительственными чиновниками, представителями средств массовой информации, преподавателями и студентами. Каждый из них с достоинством плыл в определенный сектор, отведенный для исполнения конкретных государственных и общественных функций.
Депутатов и члена правительства простым смертным дельфинам следовало приветствовать возгласом: "Да здравствует водный мир!", — на что они коротко отвечали: "Аминь!" Кроме высокопоставленных чиновников Пик-вик встретил нескольких знакомых дельфинов — боевых офицеров, под началом которых ему довелось служить. Офицеров следовало приветствовать отданием чести, высунувшись по пояс из воды и приложив правый плавник к голове.
— Как дела, рядовой? — спрашивали его некоторые офицеры.
— Все в порядке. Пребываю в увольнительной! — бодро отвечал он отцам-командирам.
Университет народов моря по традиции располагался в самом центре Большой лагуны. Пик-вик издал щелкающие звуки, которыми он оповещал сыновей о своем прибытии, но ему никто не ответил. Тогда он привлек к себе внимание их воспитателя- педагога по имени Циркуль из племени бородатых афалин. Педагог отозвался незамедлительно, и, подплыв к нему, тут же начал жаловаться на то, что его сыновья совсем отбились от плавников: ленятся, пропускают утренние лекции, плохо готовятся к семинарам и практическим занятиям, употребляют наркосодержащие водоросли, сочиняют фривольные стишки и пристают к студенткам-старшекурсницам.
— Они подают дурной пример другим ученикам, и я намерен их отчислить, — подытожил педагог мягкими и учтивыми ультразвуковыми щелчками.
— Вот и великолепно! Отдам их в срочную службу в пограничные войска. Там их быстро научат дисциплине и уважению к старшим! — просвистел Пик-вик.
— Извините, папаша, но у нас свистеть не принято. Это — университет, а не казарма, — прощелкал педагог, укоризненно качая головой.
— Простите, разволновался, — извинился Пик-вик.
— Приказ об отчислении я уже подготовил и не сегодня-завтра завизирую его у ректора. Согласно уставу нашего университета, я оглашу приказ в присутствии членов попечительского совета. После этого Вы, как родитель, имеете право в трехдневный срок подать апелляцию. Членам попечительского совета известно, что Вы — заслуженный мастер спорта по глубоководному плаванию, чемпион последних олимпийских игр. Из уважения к Вам попечительский совет может назначить Вашим сыновьям испытательный срок, в течение которого они исправят свои двойки и повысят частоту посещаемости лекций и семинаров, — вежливо прощелкал Циркуль, и, не попрощавшись, поспешно отплыл навстречу прибывшему на лекцию профессору Юаню — всемирно-известному ученому-эволюционисту.
Пик-вик отплыл в сторонку, чтобы не мешать студентам, заполняющим водную аудиторию. Студентов было штук триста. Они принадлежали к разным племенам Содружества народов моря: афалинам, единорогам, глобицефалам, морским свиньям, белобочкам, белухам и так далее. Студенты "рассаживались" в три полукольца вокруг профессора Юаня и двух его ассистентов. Своих сыновей среди студентов Пик-вик не заметил, и обратился к толстому юноше из племени морских свиней, расположившемуся от него неподалеку в последнем полукольце, который по-студенчески правильнее было бы назвать "рядом".
— Эй, товарищ! Чика и Каша знаешь? Я — их дальний родственник. Прибыл в столицу из дальних морей по своим делам, и хотел бы передать им гостинцы от дедушки и бабушки, — тихонько прощелкал он.
— Кто же их не знает! Лоботрясы и разгильдяи! Сутками шатаются по бабам, а потом отсыпаются где-нибудь в прохладном гроте. Раньше, чем к восходу Желтого солнца, дяденька, вы их не ждите, — прощелкал в ответ толстяк и противно захихикал.
— В меня, а не в мать, видно, пошли детишки, — не без гордости подумал Пик-вик, и хотел было покинуть территорию университета, но что-то его остановило. И это "что-то" было обращенным на него томным взглядом пышнотелой студентки-белухи в возрасте пяти или шести лет. Пик-вика словно током электрического ската ударило, потому что белух он любил. Представительницы этого народа считались у дельфинов первыми красавицами. Словно завороженный, он подплыл к белухе поближе и неловко прокашлялся. Студентка, не оборачиваясь, вильнула хвостовым плавником и послала в его сторону струйку вагинальных выделений. По вкусу и запаху секрета Пик-вик определил, что девушка возбуждена и испытывает потребность в сексуальной разрядке.