— Хоть бы радиоприемник какой-нибудь дали покрутить, — подумал Павлов, и в тот момент экран засветился, послышалась чарующая музыка, и он увидел прекрасный водопад. Картинки природных ландшафтов менялись, одна за другой, поражая яркостью красок и глубиной объема.
Он даже не заметил, как заснул. Когда его разбудили и показали шприц, он сразу все понял: сел на кровать, снял пижамную куртку и подставил плечо. Молоденькая чернокожая медсестра рассмеялась и показала жестом на другое место. Павлов без разговоров лег на кровать и перевернулся на живот. Медсестра, сделав ему укол в ягодицу, почему-то не уходила. Павлов вопросительно на нее посмотрел. Медсестра сильно засмущалась, воровато оглянулась по сторонам, и жестом попросила приспустить штаны спереди. Павлов удивился, но просьбу выполнил. Увидев его мужское достоинство, медсестра ахнула, схватилась за голову, что-то взволнованно пробормотала, повернулась и выбежала из палаты.
Павлов подозревал, что попал на медицинское обследование в очень солидное медицинское учреждение, но совершенно не ожидал, что обследовать и врачевать его будут так тщательно: удалят гланды и аппендицит, проведут операцию на голосовых связках и на сетчатке левого глаза, которым он раньше неважно видел. Вокруг него ежедневно сновала уйма врачей различного профиля: от стоматолога до проктолога. Он безропотно позволял врачам делать с собой все, что они от него требовали и многих запомнил по именам. Некоторые простые слова и словосочетания на языке лингва фортран, вроде: "здравствуйте", "до свидания", "я сыт", "я хочу в туалет", "мне не больно" и тому подобное, — он усвоил очень быстро, поражая медперсонал своей вежливостью и сообразительностью.
Врач-психолог Эмм Ми Фиш посещала его ежедневно, обычно сразу после утреннего обхода. По ее просьбе Павлов в письменном виде изложил свою автобиографию и обстоятельства, при которых он переместился во времени на целое тысячелетие вперед. Эмм Ми Фиш ему посочувствовала, заметив, что эксперименты с пространственно-временной телепартацией в отдельных научных центрах проводились еще лет двести тому назад, но в настоящее время они официально запрещены, — так же, как азартные игры, наркотики и приравненные к ним электронные симуляторы.
О своей специальности Эмм Ми Фиш говорила, как о самой смешной и пустяшной, но Павлов прекрасно понимал, что это совсем не так, и от ее новой знакомой во многом, если на сто процентов, зависит его будущее. Какие-то не очень радостные мысли и нехорошие предчувствия стали посещать его из-за того, что врачи и медсестры, которые его обследовали и врачевали, проявляли к его половым органам такой интерес, как будто, они видели это впервые.
На третий день пребывания в Центральной клинической больнице Павлову сделали операцию на голосовых связках. Операция прошла успешно. На четвертый день он мог свободно говорить, и первый вопрос, который он задал своему врачу-психологу, был следующий:
— Эмми, почему я до сих пор не видел ни одного мужчину?
Эмм Ми Фиш взяла его за руку и сообщила ему самую невероятную новость: нет уже, оказывается, среди землян мужчин и женщин, поскольку род человеческий за последнее тысячелетие под влиянием изменившейся социальной среды и биосферы стремительно эволюционировал в новый биологический вид — андрогинный. Она призналась, что скрывала от него эту информацию с одной единственной целью: — не создавать для его здоровья вредных психологических перегрузок. Гермафродитов Павлов видел на картинках в художественных альбомах по истории античной культуры. Про андрогинов он слышал впервые, но за дополнительными разъяснениями обращаться не стал, чтобы не выглядеть бестактным.
В тот же день Павлов имел продолжительную беседу с Цинь Ши Хуан — главным врачом Центральной клинической больницы. Главврач по своему первому высшему образованию была филологом, и хорошо знала эсперанто — самый древний искусственный язык человечества. Более древние языки, вроде английского и китайского, не говоря о латыни, в ту пору знали только немногие специалисты.
Пообщавшись с Павловым, светило мировой медицины пришло к заключению, что он действительно не врет, утверждая, что прибыл из прошлого. В свою очередь, она рассказала ему о самых известных случаях спонтанного перемещения людей и предметов в пространстве и времени, самый последний из которых был зафиксирован на планете Земля десять лет тому назад. Это был пожилой моряк Джон Барбер, американец, из 40-х годов XX века, который, прожив в будущем, в которое он попал, всего три месяца, к сожалению, сошел с ума и повесился. Главврач обрадовала Павлова тем, что по всем показателям он абсолютно здоров, и после нескольких прививок от последних штаммов гриппа и рака может выходить из палаты, гулять в ботаническом саду больничного дворика, купаться в открытом бассейне и принимать солнечные ванны.