— Ты живешь одна. То есть я имел в виду…,- запутался Павлов и очень смутился.
— Я живу одиноко, — так будет точнее. Моей дочери, которая носит имя моей покойной матери, уже 17 лет, и она учится в Париже в очень престижном колледже. А вообще-то у меня еще в прошлом году был близкий человек, но мы поссорились и расстались. Честно говоря, я об этом сейчас не жалею, — сказала Эмм Ми Фиш и превратила удобные кресла, на которых они сидели, в не менее удобную кровать. Они придвинулись друг к другу, обнялись и стали целоваться. Затем они освободились от одежды, и повторили то, что в первый раз сделали в порядке научного эксперимента.
Преодолев за 45 минут сто двадцать километров, универсальная машина Эмм Ми Фиш совершила посадку на специальной площадке напротив ее дома — двухэтажного коттеджа с просторным газоном, открытым бассейном 5х5 метров, небольшим ангаром в форме капли ртути и ухоженным розарием. Счастливые, как известно, часов не наблюдают, поэтому Павлов и Эмм Ми Фиш выбрались из машины не скоро.
— Ах, мой милый Дима! Я так счастлива, так счастлива! — нежно вздыхала Эмм Ми Фиш.
— Эмми! Я тоже счастлив и, как было принято у нас, во времена развитого социализма, предлагаю тебе свою руку и сердце! — искренне переживал восторг по случаю обретения своей "второй половинки" Павлов.
Когда они, наконец, решили выйти из машины, к ним на негнущихся ногах приблизился тощий субъект в оранжевой униформе, и обратился к своей хозяйке с вопросом насчет ее указаний. Голос у него был низкий, но это, конечно, был не живой мужчина, а универсальный робот, который в доме Эмм Ми Фиш выполнял функции сторожа, садовника и уборщика мусора. Эмм Ми Фиш хлопнула себя по лбу и вернулась в машину за своим карманным персональным компьютером, чтобы ввести в робота-сторожа, которого она звала Иваном, информацию о Павлове. Это было необходимо для того, чтобы робот воспринимал его адекватно, как нужную и полезную в доме вещь, а не как посторонний предмет, который следует немедленно затолкать в полиэтиленовый мешок и выбросить в мусоросжигательную печь.
— Не слишком ли дорого обходится покупка и сервисное обслуживание подобных андроидов? — поинтересовался Павлов у Эмм Ми Фиш, когда робот-сторож, исполняя ее приказ, забрав из салона машины их одежду и обувь, и отправился с ними в дом.
— Дорого, конечно, но без домашней прислуги, согласись, никак не обойтись, — ответила Эмм Ми Фиш и предложила искупаться в бассейне.
Одним купанием, разумеется, они не ограничились. Какая-то неведомая сила притягивала их друг к другу, заставляя жадно и нетерпеливо искать телесного соприкосновения. Наконец, обсохнув на солнце и накинув на плечи легкие халаты, они отправились в дом. Эмм Ми Фиш показала ему помещения первого этажа: прихожую, гостиную, кухню-столовую и свой рабочий кабинет.
На втором этаже находилась спальная, музей семейных реликвий и большая комната для гостей с удобствами гостиничного номера. Она хотела было показать ему помещения второго этажа, но в этот момент ее карманный персональный компьютер издал писк, свидетельствующий о поступлении голосового сообщения. Эмм Ми Фиш приложила компьютер к уху и, как по телефону, начала с кем-то разговаривать. Так как разговор явно затягивался, она поставила телефонный модуль компьютера на паузу, и попросила Павлова, чтобы он отправлялся в спальную (первая дверь справа) и ждал ее там.
Войдя в указанную ему дверь, Павлов очутился в холле с колоннами из полированного кедра и изящной мебелью в псевдоантичном стиле. Слева и справа располагались еще две комнаты, одна из которых, судя по журчанию воды, имела отношение к водным процедурам, а вторая, очевидно, являлась спальной. Павлов направился в спальную, в которой, к его великому изумлению, уже нашел себе место для отдыха кто-то, кроме него. И это, несомненно, был домашний робот Марина или очень похожая на нее модель.
Модель лежала на двуспальной кровати из мореного дуба, накрывшись простыней, и имитировала сон. Павлов сорвал с Марины простынь и обнаружил, что она в одних трусиках. Никакого пульта управления поблизости от Марины он не обнаружил, поэтому решил прибегнуть к ручному способу дезактивации: нажатию кнопки отключения, которая должна была находиться в пупке. Как он не старался, кнопка не срабатывала. Тогда в полном соответствии с инструкцией он перевернул Марину на живот и сильно дернул за правую ногу. Это была крайняя мера, после которой, если она не срабатывала, требовалось срочно звонить на станцию техобслуживания или собственноручно свертывать у "зависшего" робота голову.