- Прости. Мне нужно было уяснить пару моментов.
- Всё в порядке. Твоя реакция вполне естественна, и Я предупреждал об этом.
- Этот чернокнижник... Он где-то здесь?
- Ты не найдёшь его среди этих людей. Он находится в месте, в котором вообще никогда не должен был оказаться человек. Продолжай идти, и придёшь туда.
Райан не хотел оставаться ни минуты в этом ужасном месте. Он почти бежал, продираясь сквозь толпы мучимых людей. По пути ему на глаза попались несколько человек в одеждах священнослужителей разного сана. Волки в овечьей шкуре... Вот, со страшными воплями на него бросилась какая-то женщина, и рыцарь едва успел отшатнуться. Он знал, что не забудет это место никогда, даже когда выберется отсюда. Вся прежняя жизнь казалась ему тусклой и нереальной. Реальность была здесь - кошмарная и невыносимая. И даже надежда уйти из ада казалась призрачной. Больше всего Райан боялся остаться здесь навсегда.
Наконец людские стенания остались позади, и началась бескрайняя пустыня, такая же безжизненная и мрачная. "Боже, насколько это место огромное!" - ужаснулся рыцарь. Ему казалось, что он брёл целую вечность и при этом не сдвинулся с места. Всё вокруг было одинаковое, и не было никакого ориентира, дающего понять, что он хоть куда-то движется. От этого можно было сойти с ума. Но вдруг совершенно неожиданно в абсолютно однородном на многие мили вокруг ландшафте появилось нечто иное. Оно не походило ни на что, да и было по сути ничем. Дыра в самом мироздании. Чернеющее пятно абсолютной ночи. И внутри этого разлома кто-то был.
- Тартар, нерушимая темница, созданная специально для Джезаха и мятежных духов, - произнёс вновь ставший видимым Лукас. - Я заточил его сюда 1000 лет назад, но он нашёл способ вырваться.
- Как это возможно?
- Человек. Существо поистине безграничное в своих возможностях. И свой потенциал люди могут обратить как во благо, так и во зло. Один человек посвятил свою жизнь поискам Джезаха. И нашёл его. Джезах обманом завладел его сознанием и поменялся с ним местами, вновь обретя возможность попирать народы... Тебе нужен этот человек, чтобы всё исправить. Только будь осторожен - лукавством он немногим уступает самому отцу лжи.
- Дай мудрости, как говорить с ним, - вздохнул Райан и шагнул в разлом.
- Ничего не бойся, сын мой.
***
Раствориться, кануть в абсолютное ничто - нет и не может быть страшнее пытки. Марвин охотно поменялся бы местами с любым человеком в аду. Там есть хоть какое-то подобие существования. Но только не здесь. Ты не можешь пошевелить ни одним мускулом на своём теле, твои органы чувств не воспринимают ровным счётом ничего, и из-за этого твой воспалённый разум взрывается кошмарными галлюцинациями. И постоянное присутствие Его. Марвин был не в силах даже мысленно произнести это имя. И он ненавидел это имя всеми фибрами своей души. Он пытался установить астральный контакт с кем-то на земле - ведь Джезаху это удавалось. Но все попытки были тщетны. Здесь не действовали даже самые примитивные из его способностей.
Но вдруг что-то изменилось. Некромант не сразу осознал, что произошло. И с трудом смог в это поверить, когда наконец осознал. Он был не один. Перед взором предстал человек, которого он видел давным-давно, ещё там, на земле... Молодой оруженосец, участвовавший в его задержании. Орденец заметно повзрослел и явно продвинулся по иерархии, но не это было главным. Фигура рыцаря источала тот самый Свет, который мучил Марвина всё это время.
- Ты?! - опешил Райан, вглядевшись в лицо распятого посреди пустоты человека. Он помнил это похожее на череп лицо. Таинственный незнакомец, впервые явившийся ему ночью у костра, оказавшийся чёрным магом, похищавшим девушек для своих ритуалов и впоследствии казнённый в Эйвине. Вот так встреча.
- Я, - ответил Марвин. Он не мог разжать губ. Диалог шёл на уровне непосредственного обмена мыслями. - Скажи, сколько лет прошло с возвращения Джезаха? Десять? Двадцать? Пятьдесят?
- Не прошло и нескольких месяцев.
- Надо же... Здесь всё ощущается по-другому, - некромант тянул время, наслаждаясь каждым мигом, когда он способен ощущать хоть что-то помимо пустоты. - Тебя тоже сочли опасным преступником, недостойным даже глубин ада?
- Нет... Марвин, - это имя пришло на ум Райану, словно само собой. - Я искал тебя. Стоит отдать должное Джезаху - более совершенного укрытия для тебя, чем это, нельзя придумать. Но, как видишь, я здесь.
- Впечатляет, - разум некроманта буравила одна мысль: "Он вошёл сюда. Значит, знает и как выйти". - И какую же великую цель ты преследуешь? Дай угадаю. Каким-то образом ты прознал, что я причастен к тому, что сейчас происходит в Ардарии, и хочешь, чтобы я подсказал, как всё повернуть вспять.
- Примерно так.
- И с какой же стати мне тебе помогать? Сделанное мной, сделано абсолютно сознательно.
- То, что ты оказался здесь... Это ведь не входило в твои планы?
- Признаю, не всё прошло так, как я себе представлял. Но если бы был другой выход, Джезах обязательно показал бы его мне. Впрочем, я ни о чём не жалею. Моя жизнь и свобода - приемлемая цена за такой результат. Я войду в историю как маг, сотворивший самое сильное заклинание за время существования этого мира!
- О тебе не останется даже воспоминания. Джезах просто использовал тебя. Для него люди - не более, чем инструменты.
- Все мы - марионетки в руках высших сил. Разве Лукас, - это имя отозвалось жестокой болью по всему телу Марвина, заставив его запнуться. - Разве Он не использует сейчас тебя, рыцарь без страха и упрёка? Он осознал, что окончательно утратил контроль над сотворённым Им миром, и сейчас судорожно пытается вновь прибрать его к рукам. И ради этого Он готов поступиться даже Своими святыми принципами и унизиться до просьбы о помощи у такого жалкого грешника, как я. Только вот я одного не пойму, почему Он не пришёл лично, а послал Своего холуя?
- Вот Я, перед тобой, - Райан не узнал свой голос. Да и говорил не он сам. Ни единый мускул не дрогнул на лице некроманта, но в его глазах читался животный страх. - Ты потерялся, сын Мой и наделал много ошибок. Я хочу тебе помочь.
- Нет... Не надо... Оставь меня...
- Тебе не нужно находиться в этом ужасном месте. Ты не закончил свою миссию на земле. Я отпускаю тебя.
Едва эти слова сорвались с уст Райана, путы, удерживавшие некроманта, растаяли без следа. Марвин упал на колени, но тут же подорвался с места. Он пятился назад, затравленно озираясь по сторонам.
"Уводи его отсюда", - голос Лукаса звучал прямо в голове у Райана. - "Бери за руку и ни в коем случае не разрывай контакта!"
Рыцарь едва отошёл от шока, вызванного тем, что Сам Господь говорил через Него. Но действовать нужно было быстро.
- Марвин, - позвал он, протягивая руку. - Идём со мной.
Некромант, бросив на него безумный взгляд, не оставлял попыток найти выход самостоятельно. Он шарил руками в пустоте, поворачиваясь то в одну, то в другую сторону. От былой бравады не осталось и следа.
- Марвин! Никто не причинит тебе вреда. Я выведу тебя отсюда.
- Он ушёл?
- Он не проявит Себя явным образом. Не в Его целях - причинять тебе новые страдания.
Промедлив несколько секунд, некромант осторожно шагнул навстречу рыцарю и взялся за его руку. С более близкого расстояния Райан увидел странный сгусток в его груди. Тело словно стало полупрозрачным, и глубоко внутри было видно клубящееся нечто непонятного грязного оттенка. Оно напоминало грозовую тучу, затмившую собой солнце. Пришло сверхъестественное понимание: это грех, который впился в душу Марвина и теперь мучает его. И такого человека, несущего на себе отпечаток беззакония следует выпустить в мир? Райан откровенно не понимал логики Лукаса. Рыцарь думал, что ему придётся хитростью вызнать у некроманта слабое место Джезаха, ведь склонить к сотрудничеству этого закоренелого злодея не удастся никогда. А что он может натворить, оказавшись на воле? Наверное, именно поэтому Лукас и приставил Райана к нему - проследить, чтобы не наделал глупостей. Но смысл всего этого? Так и не получив ответа на этот вопрос, орденец повернулся кругом и повёл некроманта в открывшийся в пустоте проход. Они беспрепятственно покинули камеру и прошли по коридору мимо множества таких же, где были заключены другие мятежные сущности - падшие ангелы и злобные демоны. Врата Тартара выпустили двоих людей и снова сомкнулись за их спинами.