- Прими мои искренние соболезнования. Упокой Господь её душу...
- Смешно. Полукровкам закрыт путь в рай. Тебе ли не знать. Мы, эльфы, - побочный продукт греховной связи ангелов и людей. Мы - мусор. Мы не нужны Богу.
- Ошибаешься, девочка. Бог любит всех - и желанных, и нежеланных. И вечная жизнь, даруемая Лукасом, доступна каждому. В тебе есть человеческая часть. Значит, ты можешь быть спасена.
- Для чего мне вечность и райская жизнь с Богом, если там не будет ни мамы, ни папы, ни Натаниэль? Пусть уж лучше я уйду в забвение. Прибереги свои проповеди для кого-то другого.
- Как знаешь, Танавиэль, - произнёс Стефан и шагнул к двери. - Спасибо за помощь.
- Позволь помочь ещё в одном, - Танавиэль растёрла в ладонях крупный зелёный лист и нанесла несколько полосок из образовавшегося сока на лоб священнику. - Твой обратный путь будет безопасен. Ни один зверь не тронет тебя.
- Спасибо, госпожа. Надеюсь, когда-нибудь и я смогу отплатить тебе за это добром.
- Не беспокойся за это. Мне ничего не нужно. Ну, ступай!
Стефан покинул хижину, ставшую приютом для беглой эльфийки. Эта встреча дала ему богатую пищу для размышлений. Теперь же следует заняться тем, ради чего он отправлялся в это путешествие. Лишь бы не было слишком поздно...
К счастью, искра жизни ещё теплилась в теле вождя, когда священник вернулся в деревню. Каджиса не стала задавать вопросов и послушно выполняла все указания Стефана. Пучки растений, зажжённые по периметру постели, дали специфический терпкий запах. С непривычки даже слегка закружилась голова. Некоторое время спустя вождя начала бить дрожь. Тело задёргалось и начало извиваться, а затем Гвала резко сел на постели и шумно выдохнул. Каджиса, что-то радостно крича, бросилась к пришедшему в сознание мужу. Стефан довольно улыбнулся. Помогло эльфийское средство.
Конечно, после перенесённого Гвала был ещё слаб, но кризис миновал. Вождь прилёг обратно и подозвал священника ближе к себе.
- Ты... Ты спасать меня, - тихо сказал вождь. - Не ждать от чужака такой... такая... помощь.
- Вы приняли меня, когда я был в беде, - ответил Стефан. - Я не мог не помочь моему благодетелю.
- Ты хороший человек. Отныне ты быть моя друг. Так-то!
Удостоверившись, что жизни вождя больше ничего не угрожает, Стефан отдал последние рекомендации по приготовлению целебного отвара и отправился домой. Что ж, день прожит не зря.
***
Жизнь по новым порядкам захлестнула девушек с головой с первых дней пребывания в поселении. Их жильём стала тесная комнатка в холодном бараке, ещё меньшая по размеру, чем хижина лесника, где они жили до этого. Ранние подъёмы, изнурительный труд (даже беременной Виолетте не давалось никаких поблажек) и комендантский час в вечернее время - ко всему этому приходилось привыкать и приспосабливаться. Сил не оставалось ни на что, кроме как наскоро прожевать чёрствую пищу и отойти ко сну. За соблюдением порядка строго следили полицейские отряды, сформированные из людей и частично из орков. Жители относились друг ко другу настороженно и на контакт шли неохотно. В это поселение согнали людей со всей округи, кто признал воцарившегося Джезаха Господом Лукасом. Остальные безжалостно убили и, по слухам, подняли в качестве нежити в императорское войско. Девушкам повезло, что местный комендант не стал докапываться до того, кого именно они называют Господом Лукасом, иначе их ждала бы та же участь. Однако с каждым днём Элси тревожила мыль о предстоящем воскресном дне, на который было назначено богослужение. Проходя по центральным улицам, она видела местный храм, и он не имел ничего общего с традиционными для Ардарии культовыми зданиями. Тёмный, ассиметричный, с уродливыми шпилями, смотрящими в небо, он даже отдалённо не напоминал маленькую деревенскую церквушку, в которой служил отец Элси. От этого сооружения веяло аурой смерти.
И вот наступил роковой день. Подруги встали в длинную очередь, ожидающую возможности войти в святилище. Толпа медленно входила в одни двери и выходила через другие. Страх перед неизвестным всю глубже запускал свои липкие щупальца, и чем ближе девушки подходили к дверям, тем отчётливее был слышен ритмичный стук барабанов, доносившийся изнутри. Дважды Виолетта ловила себя на том, что её сознание начинало плыть, и усилием воли сгоняла с себя состояние, близкое к трансу. Наконец они вошли под мрачные своды храма. Внутри царила тьма, разгоняемая лишь редкими огоньками чёрных свечей, расставленных, казалось бы, хаотично по залу. По левую сторону группа священнослужителей в тёмных мантиях воздевали свои руки и читали какие-то молитвы, один из них сидел на полу и отстукивал ритм.
- Это не богослужение, - прошептала Элси, вслушавшись в слова древнего языка. - Это чёрная магия! О Боже...
- Что они говорят? - испуганно отозвалась Виолетта.
- Тебе лучше не знать... Это очень скверная волшба. И я знаю, кому они здесь поклоняются...
Девушка кивнула в сторону огромной мраморной статуи, мимо которой проходили все люди. Красивое человекоподобное создание с крыльями и длинными волосами, держащее в правой руке череп без нижней челюсти. Блистающий, каким он был ранее, более известный ныне под именем Джезах или Божественный Император. Каждый, кто подходил к идолу, предъявлял специальному служителю свой номер-клеймо, кланялся статуе и прикладывал к ней руку.
- Мы не можем на это пойти...
- Боюсь, нас убьют, если мы не подчинимся. Мы очень серьёзно влипли, подруга.
Очередь дошла и до них. Подталкиваемая толпой сзади, Элси первая шагнула вперёд.
- Номер, - произнёс служитель, видя её промедление. Девушка молча показала тыльную сторону ладони. Мужчина пробежался взглядом по длинному свитку и удовлетворённо кивнул, найдя соответствующую запись. - Чего тянешь? Прикладывай руку. Или ты не чтишь Господа Лукаса?
Всё так же не произнося ни звука, Элси робко дотронулась до холодного мрамора. Виски пронзила резкая боль, глаза застлала багровая пелена, девушка пошатнулась и чуть не упала. Ощущение было такое, будто бы кто-то выпил часть её жизненных сил. Что за страшный ритуал проводится здесь каждую неделю? Едва успев оклематься сама, Элси подхватила под руки свою подругу, уже сделавшую, что от неё требовалось.
- Всё хорошо, милая, давай скорее уберёмся отсюда... - шептала она Виолетте на ухо, чуть ли не неся её тело на себе.
Девушки спешно покинули храм, и только оказавшись на улице, они ощутили, как неохотно сходит с них колдовской дурман. Виолетта смогла стать твёрдо на свои ноги и потрясла головой, прогоняя наваждение.
- Как ты? - обеспокоенно поинтересовалась Элси.
- Уже лучше... Я думала, он высосет всё без остатка.
- Нет, подруга, он растягивает удовольствие. Оттого-то все местные такие вялые и безжизненные - каждую неделю из них тянет соки магический идол!
- А мы не можем как-то... отказаться?
- Можем. Но тогда лучше было бы нам оставаться умирать голодной смертью в лесу.
- Что же нам делать?
- Молить Бога защитить нас и дать мудрости.
Переведя дух, подруги собирались отправиться домой, как вдруг услышали негромкий женский голос, окликнувший их сзади:
- Виолетта, это ты?
Виолетта остановилась и медленно обернулась назад. Она ощутила, как ледяная волна прокатилась по её телу до подошв ног, при виде сгорбленной женщины с сединой в волосах, одетой в грязную заплатанную одежду. Элси также узнала её и скептично ухмыльнулась.
- Дочка, и ты здесь? - Грета сделала пару шагов вперёд, раскрыв объятия, но Виолетта не спешила отвечать взаимностью.
- Здравствуй, мама, - холодно сказала она, потупив взгляд.
- Я так рада, что ты жива! Я каждый вечер молилась за тебя. А что сэр Джером, он тоже с тобой?
- Он умер, мама.