Ваня неожиданно отвернулся.
— Ничего. Нормально всё.
Я потянулась вперёд и развернула парня к себе. И в который раз за десять минут распахнула глаза. Миллер адски злился.
— Ваня.., — я совершенно растерялась и покраснела. — Я... ну, взрослая, и...
Ваня неожиданно замотал головой.
— Вот я, блять, долбоёб. Алин, прости. Не к тебе вопросы... Блять, — Миллер энергично потёр лицо руками, после чего, сцепив зубы, добавил: — Вопросы к твоему ухажёру.
— К Дамиру? — нахмурилась я.
— К Дамиру, — передразнил Миллер и отрывисто кивнул в сторону аптеки: — Разное бывает, я понимаю. Но если рвётся презерватив, то не ты одна должна этот вопрос решать. Занятой он такой, блять, человек?
Я ошарашенно откинулась на спинку сиденья и, наверняка, побледнела. Если рвётся презерватив...
Хуже, Миллер, ещё хуже. Ты думал обо мне слишком хорошо.
А Дамир? Неужели Миллер прав? Чего-то же он приехал ко мне...
— У тебя такое было? — хрипло спросила я, указав на пустую упаковку.
Ваня, словно не хотя, кивнул.
— Да. На выпускном.
Я невольно расплылась в улыбке.
— Значит, прав был тот твой друг...
— Женёк, — Миллер тоже криво улыбнулся.
— Женёк! Ты всё-таки с той, как её, Анжеликой переспал. Ах ты вру-ун!
— Женьку не говори только.
— Вечером сегодня наберу! — воскликнула я, и мы с Ваней легко рассмеялись.
После чего повисла тишина.
— Алина.
— А.
— Это ненорм...
— Ваня, — перебила я, повернувшись к другу. — Да, может, это не твоим рыцарским правилам, но мы так с Дамиром договорились. И вообще я понятия не имела, что буду бояться даже в аптеку зайти.
Миллер грустно усмехнулся и уставился в руль:
— Я для тебя лучшего хочу.
— Я знаю. И ценю это. Спасибо, что приехал.
Парень повернулся ко мне и подмигнул, внешне переставая быть серьёзным. Но я на сто процентов была уверена, что произошедшее его ещё гложет.
— Карине очень с тобой повезло, — тепло сказала я другу.
— Будем надеяться, — хмыкнул Ваня.
— Ты и мужем будешь хорошим, — озвучила я то, что думала. Не удержавшись от смешка, добавила: — И отцом.
Миллер повернулся на меня с безумным взглядом:
— Свят-свят, Распутина.
Я захихикала, после чего бросила взгляд на часы и поёжилась:
— Всё, пошла работу работать.
— Давай. До связи, — улыбнулся мне Ваня.
Я уже коснулась ручки двери, как Миллер неожиданно заорал:
— Стой!
— Что? — испуганно обернулась я.
Ваня протянул мне смартфон и потряс его.
— Сделай что-нибудь, чтобы я только один раз ткнул, и навигатор мне показал, куда ехать! В одно единственное место! А не сто адресов по всему городу!
Напряжение внутри окончательно развеялось, и я довольно рассмеялась.
Глава 25
Не знаю, каким бы был этот вечер, если бы не выпила эту дурацкую таблетку.
Может быть, я бы поехала к Дамиру и что-нибудь ему да высказала. А, может, накрутила бы себя, психанула и отправилась домой. Но вероятнее всего занималась бы умопомрачительным сексом в чужой кровати в чужой квартире.
Но всему этому было не суждено случиться, потому что у меня адски заболела голова.
Я почти расплылась по столу, не вынимая наушники, краем глаза наблюдая, как Лёва уже частенько бросает на меня осторожные взгляды.
— Я умираю, — всё-таки вытащив наушник, сообщила я коллеге.
— Это не есть хорошо, — округлив глаза, ответил мне Лёва.
Я в ответ лишь промычала. Сил хватило только сказать два слова.
Вздохнула, сделала последний рывок и улеглась на рядом стоящий диванчик.
Одному Богу, ну и Лёве, потому что он возле меня сидел, известно, сколько я так промаялась. Вокруг меня носилась Инна, Дина и даже Витя. И каждый из них предлагал мне кофе или чай, а мне просто хотелось, чтобы всё это закончилось.
— Алиночка, домой поезжай, — сердобольный Фёдор Генрихович аккуратно коснулся моего плеча.
— Я полежу и поеду, — собравшись с силами, выдохнула я.
И мысленно застонала. Следующую фразу, судя по всему, я смогу осилить только на следующей неделе.
Наверно, я уснула, потому что рядом послышался низкий бархатистый голос.
— ...давно?
Инна что-то взволнованно ответила, а я вдруг воспарила ввысь. Умерла, что ли?
Открыла глаза и уставилась в идеальный подбородок. Второе дыхание открылось сразу же.
— У меня от твоей дурацкой таблетки сейчас голова взорвётся, — зло сообщила я Дамиру.
— Тш-ш, — тихо прошипел мужчина.
И куда меня, словно пушинку, понёс. Я разозлилась ужасно, но за крепкую мужскую шею всё же ухватилась.
— Ты красивая, когда спишь, — со смешком сообщили мне на ухо. Предательские мурашки поползли по всему телу, останавливаясь в тех местах, где чужой язык был бы весьма кстати.
— Отстань, — застонала я.
И, кажется, совсем не от головной боли.
Совсем скоро мы оказались в машине на заднем сиденье.
— Куда ты меня везёшь? — закрыв глаза, грубо спросила я, тем не менее, удобно укладываясь на мужских коленях.
— Домой, — последовал ясный ответ.
— Я вещи не забрала... Стой, куда это домой? — я мгновенно распахнула глаза и повернулась к Дамиру.
— Ко мне.
— Я вещи не забрала.
— Я забрал.
— Тебе отдали мои вещи?
Дамир улыбнулся:
— Я был убедителен.
Я глубоко вздохнула и отвернулась, снова укладываясь на мужских ногах.
— Ты опасный человек, Дамир Тогаев.
Ответа я не последовало.
Мужчина аккуратно положил руку на моё плечо, и кожу слегка покалывало в месте соприкосновения.
Мне было тепло. Уютно. Я снова закрыла глаза, раздумывая. Дамир заботился обо мне. Странно, по-свойски, не спрашивая.
Инну Василенко тут бы разорвало к хренам от восторга. Мужик брал и делал. Думать и волноваться не надо. Таких парней у меня не было.
Всего, чтобы у меня было, я добилась сама. Без чьей-либо помощи. Ну разве что Миллер был со мной рядом, когда я со слезами на глазах влезала в ипотеку. А все остальные вопросы я худо-бедно решила сама.