— Прости, — буркнула подруга. — Пойду... э-э-э... проветрюсь, — Василенко поднялась, немного покачнулась и покинула кухню.
Ваня проводил её взглядом, неожиданно задержавшись взглядом на входной двери.
Я тяжело вздохнула.
— Ты всё ещё его ждёшь, Ваня?
Миллер дёрнулся.
— Что?
— Артемьева, — я скривила лицо. — Он скорчился, когда Инна предложила ему сегодня месте собраться. Не верю, что люди так могут измениться.., — я с грустью покачала головой.
Миллер вдруг хмыкнул:
— Ну вот. А вы не хотели моих мужиков обсуждать.
Я невольно усмехнулась, а Ваня стал серьёзным:
— Дима в жёсткие долги залез. Его мама очень серьёзно болеет, и ты знаешь, ему не всё равно. Ему никогда не было всё равно.
— Мы могли бы ему помочь, — прохрипела я, округлив глаза от шока. Артемьев, конечно же, нам ничего не сказал. Может, Инне и говорил, но мне точно нет.
Однажды мы были в гостях у Димы. Это был небольшой скромный частный, похожий на деревенский, домик, и я помнила, как сильно Дима тогда стеснялся. А я до сих пор в толк взять не могла: чего стесняться-то? Его мама, Станислава Валентиновна, добрейшей души женщина, очевидно, очень сильно любила его.
Сердце заболело.
— Я предложил. Деньги. Что было моей ошибкой. Теперь он со мной даже здоровается со мной через раз, — сказал Миллер.
— Вот же козёл, — зло фыркнула я. — Никогда ему твой успех не давал покоя.
— Не говори так, — покачал головой Ваня. — Ты так не думаешь.
— Хах! Очень даже думаю! — почти выкрикнула я.
— Что обсуждаете? — шаровой молнией ворвалась на кухню Инна Василенко и, не дожидаясь ответа, повернулась к Ване: — Твою новую девушку? Почему мы до сих пор незнакомы?
— Василенко, ты не меняешься, — усмехнулся Миллер.
— Это не звучит, как комплимент, — грозно нахмурила брови Инна.
— Так это и не комплимент! — как само собой разумеющееся, сообщила я подруге. — Хватит сплетничать и людей доводить до белого каления своими вопросами!
— Пф-ф, сказала сама невинность! — отмахнулась от меня Василенко и вытащила телефон. — Давайте сфоткаемся!
Я лишь покачала головой и посмотрела на Ваню, пытаясь найти в его лице поддержку, а тот, улыбаясь, лишь только пожал плечами. Мол, ну что ты хотела, сама подругу выбирала.
— Только давайте в комнату переместимся, а то Миллер с его огромными плечищами на этой крохотной кухоньке комично смотрится.
— Василенко, я в последний раз пригласила тебя в гости, — деловито сообщила я, судя по всему, бывшей подруге.
— Ой ну брось. Ясно же, что я просто завидую твоей потрясающе уютной и милой квартире, — Василенко домиком сложила свои изящные брови.
Я невольно улыбнулась. Ладно, простила.
— Хоть это квартира и с ноготок, — добавила Инна, толкнув нас в сторону дивана и заставляя нас усесться.
Я показала подруге средний палец. Инна тотчас же меня сфоткала.
Глава 38
— У тебя есть хоть какой-нибудь крем для кожи, склонной к высыпаниям? — проорала Василенко из ванной.
Я уже в пижаме полулежала на диване и бездумно листала фильмы.
— Нет, — в сотый раз за эту минуту ответила я подруге.
Каждая моя косметическая баночка подвергалась жёсткой критике и моей гостье не подходила.
— Как же вы меня бесите со своей идеальной кожей! Вам можно мылом умыться, и всё будет хорошо! Миллер, — Инна выглянула из ванной, — как ты относишься к девушкам с прыщами?
— Мне всё равно, — пожал плечами Ваня, явно засыпая. Он сидел с другого края моего дивана, подперев подбородок кулаком.
— Я люблю тебя! — с воодушевлением призналась Василенко и снова исчезла в комнате гигиены.
— Не мучайся ты, — я с улыбкой обратилась к парню. — Езжай домой. Инна покричит и успокоится. Посмотрим мы "Грязные танцы" без тебя.
— Это традиция, — зевнув, сообщил мне Миллер.
— Традицией было смотреть фильмы вчетвером, так что уже точно не она, — напомнила я, что Димы с нами не было. — Можешь этим и аппелировать.
Ваня повернулся ко мне, явно загоревшись.
— Отвлеки её, я вызову такси, — заговорщецки прошептал Миллер, а я хихикнула. Было очевидно, что никакие силы мира не отвлекут Василенко.
Виновница торжества, наконец, покинула ванну и уселась между нами.
— Больше не приду к тебе на ночёвку, — сообщила подруга.
— Как же я это переживу! — ахнув, прижала я руку к груди.
— Дай сюда, — Василенко вырвала у меня из рук пульт и продолжила разбирать мою косметику: — Ничего толкового нет. Ни от начинающихся морщин, ни витамина С, ни ниацинамида...
— Ты когда заделалась косметологом? — хмыкнула я.
— ...одни только банки-склянки со скрабом от целлюлита, — закончила распекать Инна.
Сердце пропустило удар.
Это было моей трагедией. То, чего я стеснялась, и то, от чего никак не могла избавиться. У меня не было лишнего веса, и я не то, чтобы так ужасно питалась. Google говорил мне, что это женский вторичный половой признак, но меня это ни капельки не успокаивало.
Просто вот такой у меня был типа фигуры. Плоский живот со всеми полагающимися ему кубиками и округлые бёдра с ненавистной мне "коркой" при неудачном освещении.
Я скосила глаза на друзей, ожидая жалостливых взглядов, и... застыла в шоке, ибо их не последовало. Ваня медленно копался в телефоне, а Инна, прищурившись, выбирала фильм. Я перестала скрываться и в открытую уставилась на них.
Девушка заметила мой внимательный взгляд.
— Чего ты пялишься? — не уводя глаз от телевизора, спросила Василенко. После чего пнула локтем Ваню. — Миллер, ты ещё не заснул?
— В процессе, — буркнул тот.
— У меня снова важный вопрос.
— Я слушаю, — Ваня даже отложил телефон.
— Как ты относишься к девушкам с целлюлитом?
— Что? Да неважно всё это, — нахмурился Миллер и продолжил смотреть на Инну. — Что-то ещё?
— Нет, всё, — с улыбкой ответила Инна, подмигнув мне. — Ты всеобщий любимчик.
— Раз ты меня любишь.., — начал говорить умоляющим голосом Ваня.