— Он навсегда в моём сердце, — мечтательно протянула Василенко, и я скептично уставилась на подругу.
Уже в конце второго курса мы с ней Артемьева и Миллера в качестве ухажёров не воспринимали, пусть парни действительно были симпатичными.
— Ладно, пойду работать, — щёлкнув пальцами, собралась с духом Василенко.
— Нет уж постой со мной! — недовольно произнесла я, ткнув пальцем в кофемашину. — Ты меня сюда притащила.
Василенко что-то пробурчала, в очередной раз делай глоток из бутылки.
Рабочий день прошёл спокойно и мирно, что заставляло нервничать и, судя по всему, не меня одну. Так-то предыдущий месяц, а, особенно, две недели, мы практически ночевали на работе, закрывая проект.
В пять вечера я вытащила наушники, закрыла свой ASUS и растерянно оглянулась. На меня так же странно смотрел рядом сидящий Лев.
— Странно с работы вовремя уходить, да? — нерешительно встал он.
— Слушай, — заговорщецки прошептала я и наклонилась ко Льву. — Может, мы домой пойдём?
Лев истерично заржал первым, следом захихикала и я.
Дина вышла из кабинета и упёрла руки в бока:
— Чего рогочем?
— Да так, шутки дизайнерские, тебе не понять, — деловито фыркнул Лев.
— Я тебе такую зарплату насчитаю, что презентацию со своими шутками мне сделаешь, — мигом пригрозила ему Дина в ответ.
Лев изобразил искренний испуг на лице.
— А Фёдор Генрихович уже ушёл? — спросила я, внезапно вспомнив, что про Гальцева я ему так и не сказала.
— Добрый вечер, Алина Константиновна! — уставилась на меня наша бухгалтерка. — Его целый день на работе нет.
— Твою мать, — выругалась я, выискивая в сумке телефон.
— Эй, коллеги, — со стороны стола Василенко раздался её звучный голос. — Домой же собираемся?
Краем глаза я увидела, что даже Артемьев, вечный трудоголик, пусть и нахмуренный, вышел из кабинета.
Все начали болтать друг с другом, а всё никак не могла найти свой телефон. Оглядела весь стол, под столом, подняла ноутбук.
Алинин телефон: не найдено.
— Алина, идёшь? — позвала меня Инна.
Все уже стояли возле лифта.
Дина щёлкнула выключателем, и комната погрузилась во тьму.
— Мы точно в пять вечера уходим? Чего так темно? — за всех вслух усомнился Лев.
— Включите свет, я телефон не могу найти! — расстроенно сказала я.
— Ой, какой сейчас ливень бу-удет! Посмотрите на эти тучи! — протянула Дина.
— Твою мать, а Витя в такую погоду на объекте, — пробормотал Дима.
— Све-ет!
В комнате послушно снова зажглись люстры, и я с грустью уставилась на рабочее место. А видела я сегодня с утра свой телефон вообще?
— Ладно, — пропыхтела я себе под нос и взяла сумку в руку.
Подошла к лифту, и все, как один, с укором уставились на меня.
— Я слежу за своими вещами, говорила она, — насмешливо пропела Инна, вытаскивая свой телефон, чтобы меня набрать.
— Я никогда ничего не забываю, говорила она, — закатил глаза Лев, делая пару шагов в сторону кухни.
Все замолчали, пытаясь услышать вибрацию моего телефона, который более чем вероятно остался дома, но попытка не пытка.
Секунд двадцать мы простояли в тишине. Я, глубоко вздохнув, нажала на кнопку вызова лифта.
— Кто вызовет мне такси? — жалобно уточнила я.
Снаружи загрохотал гром, и примерно так же громко цокнул Артемьев.
Глава 8
Мы спустились на нижний этаж, где находился паркинг. Здесь я бывала редко: лишь тогда, когда добиралась домой не на общественном транспорте.
Машины у меня не было. Я и так бешеные деньги платила за ипотеку своей маленькой и уютной квартирки.
Лев вызвался завести Дину, благо, им было по пути.
Инна вызвала мне такси, и я шоке уставилась на высветившуюся цену. С ума они там все посходили?! Я, скорее, пешком пойду, потому что денег на лекарства после двусторонней пневмонии я потрачу явно меньше.
Исподлобья глянула на Артемьева. К слову сказать, жил он не то, чтобы очень сильно далеко от меня, но предлагать подвезти меня Дима меня не спешил. Вместо этого он, нахмурив брови, с кем-то болтал по телефону.
Я расстроенно выдохнула.
Что-то явно происходило между нами.
Мы давно перестали быть друзьями, но всё равно нечто дружеское долгое время сохранялось между нами. Да, они с Ваней не общались, и явно зависть была тому причиной, хотя Артемьев был тоже способным и нарекал себе безоблачное и удачное будущее. Чем конкретно моя персона Диме не угодила, я не понимала. Какое-то время назад я пару раз пыталась помирить Артьемьева с Миллером без их ведома, на что Дима очень сильно разозлился.
Неужели в этом причина? Да уж вряд ли.
— Счастливо, ребята, не утоните, — сочувственно помахал нам рукой Лев.
Дина же шла спиной к машине Льва и раздавала всем воздушные поцелуи.
— Ещё и ждать двадцать четыре минуты, — раздражённо прорычала Инна и вдруг подняла голову: — Артемьев, ещё и Распутину надо подбросить.
Дима показал пальцем на телефон, мол, занят, не могу говорить, после чего остановился взглядом на мне.
— Да-да, говори быстрее. Сколько нам ещё ждать? — активно закивала Василенко.
Я аккуратно взяла её за локоть.
— Ай, слушай, не надо, — тихо сказала я подруге.
— Что? — повернулась ко мне коллега.
— Да просто... Ты чувствуешь "это" между нами? С каждым днём всё хуже, — я едва заметно кивнула в сторону всё ещё болтающего Димы, но уже смотрящего куда-то вдаль.
Какого чёрта он тут вообще стоял, если его чёрный Buick припаркован в трёх метрах?
— Между кем? Тобой и Димой? — удивлённо спросила Инна.
— Да тише ты, — шикнула я на подругу. — Да, он будто... злится на меня.
— Бро-ось, — махнула на меня рукой Инна, но вдруг прищурилась: — А-а-а, это ты просто злишься, потому что Артемьев твой номер Дамиру не дал.
— Да при чём тут Дамир! — едва не взвыла я.