Аля долго противилась, но Вика уговорила её посетить салон красоты, чтобы привести в порядок обгоревшую на солнце и слезающую лоскутами кожу. Едва ли не силком Вика впихнула Алю в парикмахерскую, где волосам придали блеск, свежесть и красивую укладку.
Хорошо, когда у папы много денег – трать не хочу! Как и в детстве, Вика оплачивала все счета.
— Устала я уже. Поехали домой, — попросила Аля.
— Зачем? Ты же поступать в художку хотела. Где же лучше это сделать, чем не в Москве! Вот, смотри, Суриковский институт есть, Гжельский университет, – водила Вика пальцем по поверхности смартфона, — Академия акварели, колледж…
— Не хочу Москву, хочу Питер! – заявила Аля.
— Какая разница? Москва даже престижней!
— Не скажи, все знаменитые российские художники были родом из Петербурга!
— Не все! – спорила Вика.
Спор их был глупым и ни к чему не привёл. Но в одном Аля оказалась права, ни в какое учебное учреждение она подать документы не сможет, по той причине, что их у неё нет с собой. Аля поехала отдыхать по загранпаспорту Гириной, который благополучно утонул.
При вселении в гостиницу проблему с отсутствием у Али каких-либо документов Вика решила просто, по примеру отца, (он так всегда решал вопросы) положила на стойку администратора парочку пятитысячных банкнот. Про деньги умные люди говорят, что это такие ключи, которые открывают все замки и закрывают рты.
Але во что бы то ни стало нужно учиться в Петербурге. Это родной город Данилы. Правда, он давно уже живёт с женой за границей, но родители его здесь остались. Неужели сын не навещает, хотя бы иногда, своих любящих предков?!
Встретится случайно с человеком в городе с населением в несколько миллионов жителей, всё равно, что плюнуть вверх и надеяться попасть плевком в луну. Но свела же их судьба вместе на тропическом острове! Почему бы не повторить?
Аля не сказала Даниле о своих чувствах. Обстановке, знаете ли, не располагала. Покачиваемая волнами крыша, готовая развалиться в любую минуту, мало похожа на романтический уголок. Разрушенные дома и проплывающие мимо трупы, отчаяние, голод и жажда, огромные усилия не впасть в отчаяние намертво сомкнули уста девушки. Она могла говорить о чём угодно, только не о любви.
Да и не поверил бы ей Данила. Кирсанов гораздо старше Али и знаний у него побольше. Он объяснял ей некоторые природные явления, описывал пережитые им события. Она рассказывала ему сказки, сочиняя прямо на ходу.
— Богатая у тебя фантазия! – восхищался парень.
— Я, вообще, очень способная девушка, — отвечала Аля любимой Викиной фразой.
Должного эффекта фраза на Данилу не производила. Когда эти слова с придыханием произносит Вика, выпячивая грудь третьего размера, находившиеся рядом мужчины впадают в экстаз. Глядя на Алю, Кирсанов мило улыбался и только то.
***
Бабушка, обнимая вернувшуюся внучку, расплакалась и, так же, как и Вика, почему-то стала просить прощение:
— Прости меня, Алечка, прости…
У Али похолодело внутри. Она что в курсе, что Аля едва не погибла на проклятом острове?! Как выяснилось позже, причина была в другом. Радость от встречи прошла, но бабушка всё равно почему-то выглядела растерянной.
19.
На следующий день за завтраком Аля завела разговор про поступление в институт,. Баба Надя стала отговаривать внучку от поездки:
— Ну зачем тебе, Алечка, ехать так далеко? И у нас в области есть институты. Будешь рядышком со мной, под боком.
— Баб, ты же раньше не против была!
— Ну, это раньше…
— Что случилось, бабушка?
— Ничего.
Аля вздохнула и отложила в сторону вилку, которой ковырялась в яичнице. Почему бабушка противится? Она всё-таки каким-то образом узнала про Алин поступок и хочет наказать внучку за обман? Нет, если бы баба Надя знала, про путешествие внучки через океан, одними уговорами не отделалась бы. Что-то здесь не так.
— Бабуль…
— Дома побудь, поживи. Куда ты всё торопишься? Подумай ещё. Зачем тебе такая профессия? Кем работать-то? Стенки в подъездах раскрашивать? — настаивала баба Надя.
— Стены в подъездах красят маляры, — буркнула Аля, — Мы уже тысячу раз говорили на эту тему. И ты раньше со мной соглашалась!
— А теперь передумала! Я уже немолодая, за мной уход нужен. Ты уедешь, я останусь. Кто будет заботиться обо мне?