Мужчина стоял к ней спиной. Среднего роста, полноватый, сутулые плечи, голова низко опущена. Коричневый плащ висел на нём мешком. Он что-то глухо неразборчиво бубнил. А бабушка в ответ успокаивала:
— Всё будет хорошо, Шурочка, всё будет хорошо!
«Хм, Шурочка, — хмыкнула Аля, проходя мимо кухни, — Меня бабушка и то так никогда не называет. Шурочка! Прям, как бабу!»
Услышав шаги по коридору, мужчина повернул опущенную голову, не разворачиваясь целиком, и посмотрел искоса на Алю. Глаза у него были, словно у загнанного зверя. Алю передёрнуло от такого взгляда.
Бабушка тоже повела себя странно. Она обошла мужчину и закрыла дверь в кухню, посмотрев на внучку осуждающе.
Аля пожала плечами:
— Подумаешь! У бабушки какие-то секреты от меня. У меня, может, тоже полно секретов!
Девушка прошла в свою комнату и постаралась плотнее прикрыть дверь. Аля, не раздеваясь, легла на кровать и воткнула в уши наушники, всем видом показывая, что ей вовсе не интересно кто этот мужик и зачем припёрся.
Спустя несколько минут, гость ушёл. Аля, даже сквозь музыку слышала, как хлопнула входная дверь. Бабушка не сразу зашла в комнату внучки. Она долго возилась на кухне, гремела посудой, вздыхала.
— Пойдём пить чай, — наконец-то позвала баба Надя.
И ничего не сказала Але по поводу её лежания в школьной форме поверх покрывала. Обычно, за такое поведение Аля получала нагоняй. Их маленькая семья, состоящая из двух человек, жила весьма скромно, и сминать дорогую школьную форму – непростительный поступок!
Насколько девочка знала, их семейный бюджет пополнялся за счёт бабушкиной пенсии. Никаких других доходов не имелось. Отец и мать ущемлять интересы своих новых детей не захотели. Государство, ввиду того, что оба родителя живы, пособий брошенному ребёнку не назначало. Так что к вещам нужно относиться, как можно, бережнее.
Огромное удивление Элеоноры Максимилиановны вызывало наплевательское отношение Алиных родителей. Они поженились, потом развелись и разошлись. Всё! А их общий ребёнок, как будто и не появлялся на свет.
— Что за мать, которая не вспоминает дочь даже в День её рождения?! Что за отец, не подаривший своему чаду ни одного подарка на Новый год?!
Не менее подозрительным было поведение бабушки. Она пыталась оправдать их:
— Жизнь так сложилась. Не подошли они друг другу. Всякое бывает…
— Всякое?! Да они просто подлецы! Их не волнует, чем ты кормишь их дочь?! Они хоть раз купили своему ребёнку булку хлеба или пакет молока?! – возмущалась врачиха.
12.
К её чести сказать, Элеонора Максимилиановна отличалась высокой щедростью. Баба Надя не могла выделить из их скромных средств толику деньжат на покупку хорошего телефона или планшета для внучки.
Все Алины девайсы и гаджеты, завернутые в подарочную бумагу, принесены соседкой и торжественно вручены в те самые праздничные дни, про которые родители девочки забыли. Врач терапевт Штольц работает в престижной поликлинике, получает большую зарплату, своих детей не имеет, а потому, не скупясь, покупает дорогие вещи и несёт их в соседскую квартиру.
Свою долю удовольствия Элеонора Максимилиановна получает, когда Аля разворачивает подарок, визжа от восторга, обнимает, покрывает поцелуями щёки доброй соседки.
— Тётя Элечка, я вас просто обожаю! – восклицает счастливая Аля.
— Вот для этого мы и живём, — констатирует Элеонора, вытирая слёзы умиления, когда Аля, прижимая очередную «игрушку» к груди, убегает в свою комнату.
— Балуешь ты её, Эля, — ворчит, покачивая головой, баба Надя.
— На то они и дети, чтобы их баловать. Моргнуть глазом не успеешь, как вырастет твоя внучка, выпорхнет из гнезда, и останешься ты, Надя, в гордом одиночестве. Много ли мы радости приносим друг другу? Ты одна, да я одна. Чаю попили, разговоры поговорили. А ты посмотри, сколько счастья у Алечки! Давай я вам телевизор новый куплю! А то стоит у вас допотопный прожектор, времён, наверное, товарища Брежнева.
— С ума-то не сходи, Элеонора! Показывает же, зачем его менять?
— Квартиру надо на вас оформить, а то помру, и захапают её какие-нибудь проходимцы, — вздыхает Элеонора.
— Эля, вот уважаю тебя, но глупости ты говоришь. Помирать она собралась. Тебе ещё жить да жить! И квартира нам твоя ни к чему. В двух квартирах мы с Алей сразу жить не сможем. Сделать одну тоже не получится, были бы они через стенку, а то напротив! Не глупи, Эля.
— Что за дядька к нам приходил сегодня? – спросила Аля с набитым ртом.