Дойти бы до темноты до пещер. Мало ли, потом могу и перепутать дорогу. Но вроде тут недалеко. В траве стрекотали кузнечики, летали ночные насекомые, где-то сладко пахло жимолостью. Хотя может и другим растением, я без понятия, что тут вообще растёт в это время. А вот и пещеры. Интересно, хватит ли мне одного факела?
Мои мысли прервал звериный рык, от которого волосы по всему телу мгновенно встали дыбом. Я медленно обернулась. В нескольких метрах на камне стоял самый настоящий лев. Грива у него правда была куцая, зато размеры раза в полтора побольше тех, что я видела в зоопарке. И он был не за решёткой или стеклом. А смотрел прямо на меня.
— О, чёрт…
Я оцепенела, лихорадочно соображая, как поступить. Убегать по открытой местности нельзя, догонит. Притвориться мёртвой? Не факт, что сработает. Разве только рвануть в пещеры и попытаться спрятаться там. И тут меня осенило, что в каменном веке в Европе обитали как раз пещерные львы. А это значит, он тоже прекрасно ориентируется в пещере и достанет меня там с лёгкостью. Лев рыкнул, посмотрел куда-то в сторону и снова на меня. Он махал хвостом и ждал моего действия.
Единственный вариант — со скоростью звука телепортироваться в колодец, в который мне и так нужно попасть. Там высота метров 5–6, верёвка, а по ней лев вряд ли спустится. Прыгать за мной он не станет, своя шкура дороже. А там я перемещусь домой и всё кончится.
Я решилась. Медленными шажками, не сводя глаз с хищника, я отходила к пещере, осторожно прощупывая ногами путь, чтобы не споткнуться о камень и не упасть. А как только дошла до входа, побежала. Лев сорвался с места и помчался за мной. Первый зал и пассаж я пролетела так быстро, что сама этому удивилась. Теперь миновать дивертикул, Апсиду и нырнуть в колодец. Лев дышал мне в спину, я почти ощущала касание его клыков, хотя по факту это был страх и моё богатое воображение. У колодца, не долго думая, я швырнула вниз факел, молясь, чтобы он не потух, и схватилась за верёвку. По физре у меня всегда была твёрдая тройка, а по канату в школе я не залезла ни разу. Но сейчас выбора нет.
Зверь уже смотрел прямо мне в глаза, остановившись в паре метров. Успеет ли он меня сцапать длинными когтистыми лапами или я упаду и разобьюсь о камни с шестиметровой высоты? Вот и выясним.
Я выдохнула и прыгнула.
Палеодиета
В колодец я спустилась, гонимая страхом, очень быстро, но при этом ободрала в кровь ладони. Ну и пусть, как только вернусь, сразу обращусь в больницу. Факел к моей радости не потух, напротив, даже горел сильнее, потому что при падении обугленная часть отвалилась и ничто теперь не мешало пламени. Подхватив его, я бросилась искать рисунок. Колодец был небольшим, и двух метров в длину не наберётся. Сразу от входа была нарисована голова лошади, а потом… ничего. Я не поверила своим глазам.
Не может быть, чтобы рисунка не было! Я же попала сюда, когда прикоснулась к нему! Я несколько раз осмотрела стены, но рисунка так и не нашла. А ведь он был довольно большим, невозможно не заметить в помещении 2*2 от силы. Что делать? Вылезти обратно не могу — там лев. Можно подождать, пока он уйдёт, но львы ведь очень терпеливые. А у меня с собой только бутылочка воды. Сколько я на ней продержусь? Что делать?! Домой хочу! Выпустите меня отсюда!
А что, если нарисовать самой? Бизона с носорогом я не смогу, но с человечком уж точно справлюсь. Я принялась лихорадочно искать, чем можно было бы начертить, схватила какой-то камушек, но он оказался бесполезен. Меня уже колотило от нервов, я суетилась, психовала, но всё без толку.
Сверху раздался какой-то шум, веревка задвигалась и я поняла — вот он, мой конец. Помру бесславно и никто даже косточек моих не найдёт. Тело окоченело, в голове царила сумятица, я понимала, что меня уде ничего не спасёт. А по верёвке (неожиданно!) спускался Аур. Увидев меня, он облегчённо выдохнул и спрыгнул на пол пещеры.
— Как ты прошёл? Убил льва? Зачем ты пришёл?! — мой голос сорвался на крик. Но меня вдруг осенило: — Аур, нарисуй быка и носорога! У тебя же есть чем рисовать?
Я судорожно водила пальцами по стене, пытаясь объяснить мужчине, что я от него хочу. Периодически смахивала с лица что-то, что затуманивало мой взгляд, нос почему-то заложило и я уже плохо соображала, что происходит. Когда Аур протянул ко мне руки, я стала кричать, сопротивляться и брыкаться. Так продолжалось некоторое время, пока я не поняла, что меня… обнимают. Аур прижимал меня к своей груди, поглаживал по спине и что-то негромко бормотал. Я попыталась оттолкнуть его и он отпустил, хотя и не сразу. По его взгляду легко читалось сочувствие. Я была уверена, что древние люди на такие сложные чувства неспособны. А вот надо же…