— В чём-то Хоро прав, — задумчиво сказала я. — Вам нужны дети и побольше. А я не делаю, как вам нужно. Прости.
— Ты ни в чём не виновата. Просто не ходи одна. И говори, если что не так.
— Так что с носорогом?
— Я не взял его силу. Мы боролись, но он ушёл.
Я кивнула. На рисунке в пещере так и было. Носорог убегал от охотника, в то время, как бизон был им повержен. Первый пазл сложился. Но я видела, что Аур переживает, что не поймал его.
— Ты ведь можешь рисовать, если не победил зверя, но боролся с ним?
Он задумался и потом согласно кивнул.
— Тогда всё в порядке. Отпусти его.
Он часто дышал, как будто ему было больно, кровь уже не струилась по плечу, раны оказались не глубокими. Я сейчас представила, что носорог мог проткнуть его насквозь. Тогда племя точно четвертовало бы меня за смерть вождя, хотя они и не знали, что я просила его поймать носорога и бизона. Но Хоро убедил бы их, что это из-за меня, ведь я прогневала богов. Как же я корила сейчас себя за это временное помешательство, за выпендрёж, который мог стоить жизни другому человеку или даже целому племени!
О чём только думала?!
— Надо обработать твою рану, — сказала я Ауру и шагнула в сторону, но он удержал меня за руку и прижал к себе.
— Обещай, что скажешь, если к тебе будут приставать.
— Обещаю, — буркнула я, уткнувшись носом ему в грудь.
Нет, ну правда, я сейчас разревусь. Ну почему он такой классный??!
🦣
Дни шли за днями, пролетело две недели, как ушёл Хоро. В тот день Аур объявил, что он нарушил заветы предков и оскорбил вождя, за что изгнан навсегда. Никто не возразил. Ахо тоже требовал жесткого соблюдения правил, Аур лишь поддерживал эту традицию. Но и ему нужно быть достаточно жёстким, чтобы вести людей дальше.
Перед возвращением на север решили устроить праздник с песнями и плясками, помолиться богам и принести дары, чтобы в пути не было проблем и охота удавалась.
На ритуалы ушёл весь световой день. Зажгли сразу 5 костров, дыма было много и мне казалось, я вся им пропахла, даже внутри. Прокоптилась, хах. Вечером накрыли богатую угощениями поляну и устроили пляски.
Жена Тара объявила, что ждёт ребёнка, чем вызвала кучу внимания к себе и поздравлений. Тар гордо выпячивал грудь, показывая, какой он классный. Я только посмеялась, надо же какой редкостный нарцисс.
У нас был один бубен на племя, а за зиму мужчины соорудили несколько костяных флейт и сейчас пытались на них играть, получалось не у всех. Но эти звуки, такие простые и ритмичные, пробуждали во мне что-то древнее, потаенное, что-то, что я до сих пор успешно держала под контролем. Я бросила взгляд на Аура. Он тоже смотрел на меня тёмным нечитаемым взглядом.
Сколько я смогу еще сдерживаться и убегать от него?
Праздник затянулся допоздна. Аур впервые решил расслабиться и присоединился ко всем. Я так вспотела, пропахла дымом и перевозбудилась от всей этой активности, что не смогла бы заснуть. Поэтому решила искупаться перед сном. Только вот погода начала портиться. Пошёл небольшой дождик, море ощетинилось небольшими белыми барашками. Луна боязливо выглядывала из-за чёрных туч, периодами совсем пропадая. Ветер был не очень сильным, а грома с молнией и вовсе не было. Меня это не пугало, это ещё не шторм, можно успеть искупаться.
Предупредив Сану, что немного погуляю, но скоро вернусь, я прихватила остатки мыла и вышла из шалаша. Надо бы наварить ещё, но тут не росла мыльнянка и берёза. Насобираю по пути обратно. Не успела я покинуть пределы лагеря, как меня остановил Аур:
— Куда собралась?
— Купаться хочу.
— Боги гневаются.
— Это не гнев, Аур. Это природа. Для неё нормально разное настроение, как и для нас. Ты ведь бываешь зол, весел и спокоен? Вот и природа такая.
Кажется ему нравилась моя версия бытия, но он не смел признаться в этом, потому что всё племя не переубедишь. Да и не за чем, по большому счету, пускай история идёт своим чередом. Но мне хотелось в эту минуту, чтобы он понял меня и сам не боялся.
— Я буду тебя охранять, — заявил мужчина безапелляционно.
Что ж, была не была.
Мы неторопливо шли по берегу к моей бухточке, не касаясь друг друга. Я чувствовала, если только прикоснёмся, нас уже ничего не удержит и плакала моя хвалёная выдержка. Аур молчал, поглядывая иногда на море и на меня. Когда под ногами оказался песок, я попросила его посидеть на камне и отвернуться, пока я искупаюсь. Он послушался.
Я сбросила одежду, вошла в воду и быстро намылилась. Соль, конечно, не смоешь, но зато копоть, пот и грязь — наверняка. Да и волосы уже засаленные. Раньше я мыла их через день, от городского воздуха быстро загрязнялись. Но здесь хватало иногда недели, а то и больше. Я нырнула, промыла голову тщательно, насколько могла. И осталась по грудь в воде. Волны слегка покачивали меня, а я боялась обернуться, боялась встретиться с ним взглядом.