На мои звуки прибежали люди. Специалисты в защитных костюмах с фонариками. Увидев меня, они сперва обомлели, а потом что-то залопотали на французском. А я его так и не выучила, в каменном веке на нем никто не говорил. Я вообще ничего не понимала и не хотела им отвечать. Но когда мужчины подхватили меня под белы рученьки и потащили к выходу, я стала сопротивляться, как сумасшедшая. На чистом русском и кроманьонском умоляла их отпустить меня, не трогать или помочь вернуться в прошлое. Я пыталась донести, что за мной должны вернуться, что я не создам проблем и всё такое. Но они остались неумолимы. Ожидаемо.
Выход на улицу меня добил. Дорога через городок, пасмурный день, припаркованные машины. Как приговор. Я действительно вернулась и походу обратного пути для меня нет.
Я понятия не имела, что теперь делать, я ведь никогда даже не задумывалась об этом, уже смирившись с жизнью в каменном веке, я даже полюбила её. Мужчины куда-то звонили, один из них закурил от волнения, а через полчаса за мной приехали полицаи с мигалками, затолкали в машину, потому что я снова сопротивлялась, и увезли в участок.
Уже там я немного успокоилась, выпила чистой воды из бутылки и на пальцах объяснила им, какого переводчика мне надо. На поиски нужного ушло ещё несколько часов. За это время мне предложили какой-то бутерброд. Какая скучная еда в этом вашем будущем! То ли дело, запечённое в листьях мясо или рыба на вертеле из вулканического озера! Эх… Я не могла плакать и только сидела с безразличным лицом, так и не дожевав бутерброд.
— Добрый день, — из воспоминаний меня выдернул мужской голос и русская речь. Довольно молодой человек приятной наружности в деловом костюме. Черты его лица точно подсказывали, что мы с ним одной крови. Ну в плане происхождения.
— Ну если только у вас, — отмахнулась я, на автомате дожевывая невкусный хлеб с ветчиной. Силы всё-таки нужны.
— Уж не знаю, что тут произошло, но сейчас я единственный, кто поможет вам помочь не сесть во французскую тюрьму, — уже жёстче, с приклеенной улыбкой ответил мой собеседник.
— Всё настолько плохо? — уточнила я, еще не до конца понимая реальность происходящего.
— Вас нашли в закрытом объекте искусства, куда посторонним вход воспрещён, и со слов сотрудников, вы пытались испортить наскальную живопись.
— Глупости. Ничего такого я не делала. Даже в мыслях не было, — родная речь, как ни странно, довольно легко вернулась ко мне, несмотря на годы забытья.
— Вот и замечательно. Меня зовут Андрей Марсельевич, я сотрудник русского посольства.
— Понятно.
— А вы?
— Тэя, — привычно ответила я и задумалась. Я практически забыла всё остальное о себе, даже полное ФИО. Вот же… В прошлом мне вся эта шелуха была не нужна.
— А дальше? — подтолкнул меня Андрей.
— Тэя Матвеевна Котова, — вспомнила я.
— Итак, Тэя Матвеевна, — повторить он, одновременно отправляя какое-то сообщение.
— А можно без таких формальностей?
— Ну как знаете. Французам по большому счету без разницы. Расскажите мне свою историю, чтобы я понял, чем вам помочь.
— А вы мне точно поможете? — только сейчас до меня начало доходить осознание серьезности ситуации. Я вернулась в своё настоящее время, нахожусь не в родной стране и накосячила так, что рискую схлопотал тут срок. А ведь я такого совсем не планировала. Что мне ему сказать? Не правду же.
— Мы своих не бросаем, — улыбнулся Андрей. — Времена сейчас такие, когда русских не любят. А это нас только сплачивает. Что бы там ни было, я вас тут не оставлю.
— Я могу сказать, что не помню?
— Не помните что?
— Не помню, что со мной случилось. Я приехала сюда на экскурсию, а потом провал в памяти. И сейчас вот разговор с вами.
— Тэя, могу я вас попросить посмотреть в зеркало?
— А оно тут есть?
— Может и да, но давайте проще, — он включил камеру на своем смартфоне и дал его мне.
Надо же, сенсорный телефон. Когда-то у меня был похожий. Кажется ч однажды уронила его в море и решила не доставать, всё равно вещь в каменном веке бесполезная. Пальцы сами вспомнили, как этим пользоваться. Я навела камеру на себя и вытянула руку как могла далеко. Мда. Понимаю, испуг французов. Вытащить из пещеры странную тётку со спутанными волосами в украшениях из ракушек и в одежде из кожи животных, сшитой не пойми чем. Ну такое.