Соединение Н повернуло к выходу из Генуэзского залива и полным ходом направилось назад, ожидая неминуемой кары небесной.
И она обрушилась на наши головы — целых 2 самолета. Один из них был дежурный противолодочный самолет, а второй был-таки бомбардировщиком. Потом рассказывали, что его пилотировали дежурный по аэродрому и дежурный по штабу с ближайшей к Генуе авиабазы. Они подлетели поближе, полюбовались на Соединение Н и сбросили бомбы, держась на безопасном расстоянии в 2 мили от наших кораблей. После этого итальянцы повернули назад, их честь была удовлетворена.
Соединение Н сунуло руки в карманы и пошлепало домой.
В итальянском коммюнике говорилось:
«Рано утром в воскресенье британская эскадра под прикрытием густого тумана подошла к Генуе. Несмотря на немедленное противодействие береговых батарей, вражеские залпы вызвали тяжелые жертвы среди гражданского населения. 72 человека были убиты, 226 ранены. (Позднее количество убитых возросло до 144 человек.)
Во второй половине дня итальянские самолеты атаковали британскую эскадру. Один крейсер получил попадание в корму».
С ним был только один крейсер — «Шеффилд». Я часто бывал у него на борту, но ни разу мне не удалось пройти целых 2 мили по нему. А ведь квартердек должен был тянуться на 2 мили, чтобы получить это попадание!
Трудно найти хоть какой-то аналог обстрела Генуи. Здесь требуется учесть множество самых различных факторов. Вероятно самую близкую аналогию я предложил на следующее утро после возвращения, когда встретился с адмиралом Сомервиллом на борту «Ринауна». Предположим, что немецкий флот вышел из Бордо.
Потом немцы проделали долгий путь через Бискайский залив, прошли мимо островов Силли, вошли в Ирландское море, в самое его сердце и обстреляли Ливерпуль. А после этого благополучно убрались назад. Расстояние примерно то же самое. Ширина проливов, через которые пришлось бы пройти флотам, тоже одинаковая. Плимут находится на таком же расстоянии от гипотетического курса немцев, на каком находился Неаполь по отношению к нам. Аэродромы тоже размещены одинаково. Южная Ирландия может изображать нейтральную Корсику, Северная Ирландия — Сардинию. Единственная разница заключается в минах, поставленных в Ирландском море.
То, что флот может сделать это и вернуться невредимым, было просто невероятно. Однако нам никто не мешал, береговые батареи показали себя совершенно беспомощными, Реджиа Аэронаутика вообще оказалась призраком.
Обстрел Генуи стал триумфом решительности, отваги и блестящей работы штаба. Еще до этого эпизод в Оране продемонстрировал решительный характер адмирала Сомервилла. Спартивенто доказал его отвагу. Обстрел Генуи подтвердил и то и другое. Эта операция стала примером блестящего взаимодействия линейных и легких сил, авиации и флота. По завершению похода адмирал Сомервилл выпустил лаконичный приказ:
«Я поздравляю всех с блестящей стрельбой в трудных условиях».
И мы наконец вернулись в Гибралтар. Сначала мы, как обычно, кружили по бухте, пытаясь обнаружить подводную угрозу. Когда мы шли зигзагом вдоль берега, то услышали приветственные крики. Там на бочке стоял старый крейсер типа «D». Мы подумали, что на нем играют «захождение», потому что увидели флагман, но оказалось, что он приветствует нас.
Когда подошла наша очередь входить в гавань, то, поравнявшись с молом, мы услышали звуки оркестра. На Северном моле собралась целая толпа в мундирах хаки, а когда мы подошли ближе, оркестр заиграл величественный гимн «Правь, Британия!» Когда мы повернули во внутренний бассейн, то увидели, что солдаты кидают в воздух фуражки.
Это был благородный жест, великолепно задуманный и прекрасно исполненный. Весь гарнизон Гибралтара собрался, чтобы показать, как армия уважает флот.
Глава 16.
На мели
На следующий день мы опять вышли в море. Где-то в Атлантике снова возникла опасность. «Шарнхорст» и «Гнейзенау» вышли на наши конвойные маршруты.
Погода была просто ужасной, и в полночь нас отослали обратно. «Ринаун», «Шеффилд» и «Арк Ройял» отправились дальше без сопровождения. Шторм усиливался, ослабевал, но в воскресенье превратился в настоящий ураган такой силы, какого мы еще не видели. Летающая лодка «Сандерленд», стоявшая на якорях в гавани, оборвала трос и вылетела на берег. Следом за ней на берег, но уже вместе с якорем, выбросило летающую лодку «Лондон». Баржи, рыбацкие боты, каботажные пароходики валялись на берегу по всей бухте до Ла-Линеа.