Что случилось дальше, мне неизвестно. Возможно, Эльдар уличил её в измене и впервые поднял на неё руку. После этого она исчезла.
Я вздрогнула, несмотря на то, что в комнате было тепло.
– Что значит, «исчезла»?
– Просто ушла. Эльдар вернулся домой, а её – нет, – в голосе Лизы прозвучало странное удовлетворение, и я задумалась, не знает ли она больше, чем говорит.
– Но ведь человек не может просто исчезнуть! – возмутилась я. – Её, хотя бы, искали?
Лиза пожала плечами.
– Не знаю. Эльдар как-то обмолвился, что получил от неё письмо по электронной почте, спустя месяц после побега. Соня сообщила, что у неё – всё хорошо, она уехала с любимым человеком, и просила не искать её.
У меня мелькнула мысль, что письмо, особенно электронное, мог отправить кто угодно. И, если это правда, куда же подевалась девушка?
«Наверное, Эльдар тоже думал об этом. Он чувствовал себя виноватым в её исчезновении и поэтому запретил переделывать её комнаты. Он словно хотел наказать себя…»
– После побега Сони Эльдар изменился, – продолжила Лиза. – Он начал пить, а в нетрезвом состоянии он совсем другой человек. Холодный, безжалостный. Он опасен, Марианна… особенно для тебя.
Я смахнула капли пота, выступившие на лбу. Потом неловко пробормотала:
– Почему, для меня?
– Ты же видела портрет Сони, – просто, как маленькому ребенку, пояснила Лиза. – Ты очень на неё похожа. Правда, волосы у тебя темнее, и глаза другого цвета. И ты, по сравнению с этой бедной глупышкой, гораздо сильнее. Но, если Климов захочет, он без труда сломает тебя. Испортит тебе жизнь, а, когда наиграется, выбросит за дверь.
«Но тебя-то он не выбросил», – подумала я, встретившись с ней взглядом. Лиза, словно прочитав мои мысли, добавила:
– Я – другое дело. И люблю Эльдара и приму его любым: добрым, злым, ласковым или жестоким. Я буду стараться поддержать его во всем, что бы он ни делал. Но ты, Марианна. Ты же не влюблена в него, верно? И ты не стремишься к обеспеченной жизни, как несчастная Соня. Зачем тебе этот дом с его тайнами? Зачем сложности с его хозяином? Зачем пытаться разобраться во мраке чужой души, если ты даже о себе ничего не знаешь?
Она была права. Те же мысли приходили и мне в голову. Я задумчиво кивнула, и Лиза, просияв, подошла и обняла меня:
– Если ты решишь уехать, не сомневайся, я помогу тебе с жильем и оформлением документов. Мы же подруги, верно? А сейчас уже поздно. Отдыхай, Марианна. Увидимся утром.
Дверь за ней закрылось, шаги стихли вдали. А меня вдруг охватил такой страх, что я едва не бросилась вслед за Лизой, чтобы умолять её вернуться.
Только остатки гордости удержали меня от этого. И я сидела на кровати, завернувшись в одеяло, и не могла заставить себя погасить свет. Чего я боялась? Эльдара Климова? Если верить Лизе, за фасадом респектабельного бизнесмена скрывался опасный и непредсказуемый человек, готовый на всё ради достижения своих целей. Или же меня пугал сам дом, ставший свидетелем таинственного исчезновения или же… преступления?
«Преступление, – лихорадочно думала я, – это бы всё объяснило. И перепады настроения Климова, и недосказанность, прозвучавшую в словах Лизы, и даже неприязнь ко мне домоправительницы. Нателла явно боялась, что я напомню Климову об исчезнувшей Соне. И… если он хоть как-то причастен к её исчезновению… мне тоже угрожает опасность. Предлагал же он мне её заменить. Сначала в роскошных комнатах этого дома, потом – на тусовках и модных курортах, а затем? На кладбище?»
Мои зубы противно застучали. Я никак не могла согреться, поэтому встала и принялась ходить по комнате, прислушиваясь к каждому шороху. Откройся в этот момент дверь, и войди хотя бы служанка Римма, я бы вскрикнула от ужаса.
Но в особняке царила тишина. Минуты шли, никто меня не беспокоил. И постепенно моё дыхание выровнялось, сердце перестало отчаянно биться. Я вдруг почувствовала, как сильно устала.
«Завтра, – сонно подумала я, опускаясь на кровать, – всё завтра. Точнее, уже сегодня, но через несколько часов. А если кто-то решится сюда зайти, тем хуже для него. Я страшна в гневе, если не высплюсь».