— Конечно, — заверила я. — Просто ничего не ела с ут-тра, — и поспешно зажала ладонью рот.
Только икоты и не хватало! Алекс рассмеялся и, заговорщицки подмигнув, куда-то унёсся. А я, наконец, огляделась. Сижу за отдельным столиком — на возвышении, но слава Богу отдельно от остальных! Благоверного нет, его родителей — тоже. Только совершенно незнакомые разодетые кириосы и кирии таращатся на меня далеко не приветливыми взглядами. Побыстрее бы отсюда...
— Держи! — Алекс бухнул передо мной тарелку, доверху наполненную закусками с буфета. — Взял понемногу всего. Ты ведь не вегетарианка?
— Нет. Спасибо, ты мой спаситель!
— Ерунда! — махнул он рукой и кивнул на стул Константинидиса. — Я присяду, пока супруг не появился? Жаль видеть это место пустующим!
И, плюхнувшись рядом, хитро прищурился:
— Значит, ты — Кира? И наш Кир этого не знал?
— Ты что, подслушивал? — я отправила в рот первую попавшуюся закуску.
— Трудно было это не услышать! Он чуть не на всю церковь оранул: «Кира — твоё настоящее имя?!», — он очень похоже изобразил приятеля. — Так как давно вы знакомы?
— Тебе какая разница? — произнесли за нашими спинами.
Мы с Алексом одновременно повернули головы. Мой супруг уже далеко не в таком радужном расположении духа, как был в церкви, смерил сначала Алекса, потом меня хмурым взглядом. Надо же, как быстро перенял одно из моих любимых выражений и недавнее «имя»!
— Всё нормально? — спросила я просто, чтобы что-то спросить.
Он кивнул и строго глянул на Алекса.
— Ты не заблудился?
— Да, прости, — тот поспешно поднялся и скосил лукавый взгляд на меня. — Твоя жена — настоящая сирена, я сбился с курса, когда шёл к моему столику.
— Спасибо за поддержку, Алекс, — поблагодарила я и, тот, подмигнув мне, двинулся восвояси.
— Когда остаётся без пары, становится просто невыносим! — бухнувшись на своё законное место рядом со мной, Константинидис проводил друга недовольным взглядом. — Расстался недавно с очередной пассией и теперь бродит по округе, как бездомный кот. Сильно к тебе приставал?
— По крайней мере под венец не тащил, — пошутила я, но благоверный шутку не оценил.
Сдвинул брови и серьёзно возразил:
— Если намёк на меня, я никуда тебя не тащил. Предложил сделку — не моя вина, что ты отказалась от выгоды.
— Кто сказал, что отказалась?
Константинидис метнул на меня подозрительный взгляд.
— В смысле?
— В прямом.
— Влюбилась в меня, что ли?
Только что выпитое шампанское вовсю горячило кровь — я расхохоталась.
— Пока нет. А ты?
— Пока приглядываюсь, — в тон мне отозвался супруг.
— Не поздновато ли? Венчание — штука серьёзная, а ты приволок под венец «первую встречную».
— Так и было задумано,— не поддался на провокацию Константинидис. — И потом, что мне первая встречная! Я чуть не обвенчался с деревенским матрацем!
— С кем?..
Он как будто смутился.
— У вас так не говорят? Про женщин, которые... часто меняют партнёров.
— У нас таких называют по-другому. Но деревенский матрац тоже звучит!
Константинидис улыбнулся и, чуть наклонившись, сжал мою ладонь.
— Я ведь ещё не поблагодарил тебя за то, что открыла мне глаза. Спасибо, Кира.
Надо же, зашёл с козырей! Нежные рукопожатия, проникновенные взгляды. Если так пойдёт дальше...
— Прошу внимания! — голос Алекса и звон бокала, край которого он чуть не проломил, молотя по нему ложечкой. — Хочу произнести тост за молодожёнов! Кир и Кира. Уже похожесть ваших имён говорит о многом, хотя для некоторых это — неожиданность, — хитрый взгляд на моего супруга. — Уверен, вы будете очень счастливы! За Кира и Киру! — он поднял бокал.
Раздались неуверенные хлопки и слабые одобрительные возгласы. Мы тоже подняли бокалы.
— Не вздумай осушить его до дна, — вполголоса повелел благоверный. — И так уже взгляд блуждающий, а ещё весь вечер и ночь впереди!
— А ночь здесь при чём? — поперхнулась я отпитым шампанским.
Константинидис воззрился на меня с искренним удивлением, но озвучить его не успел. С тостом поднялся ещё один гость, а за ним — ещё... Даже мать жениха произнесла несколько поздравительных слов — под испепеляющими взглядами Константинидиса-старшего, так и не поздравившего единственного сына с радостным событием.
Глава 20
— Так о чём вы говорили с твоим отцом? — без особого интереса спросила я.
— О моём наследстве.
— Вот как? Уже?
— Он выдворяет меня из компании.
Я вскинула на супруга удивлённый взгляд.