— Тео... пусть он живёт, ладно? У него есть невеста — сидит за столиком в этом самом ресторане. Не хочешь же сделать её вдовой?
— Невеста... здесь?! И он ещё смеет...
Но я притиснулась к нему крепче и, постаравшись добавить в голос томность, выдохнула:
— Поцелуй меня...
Получилось не эротично, а как будто я недавно переболела коронавирусом... Ну почему у меня не получается флиртовать?! Но тело Адониса внезапно расслабилось, ладонь скользнула к моей щеке, а лицо склонилось к моему.
— Конечно, поцелую, Клио, — улыбнулся он. — Но не сейчас, когда так зол. Первый поцелуй должен быть нежным, а не...
— Тео!
Побрали бы гарпии эту дрянь Ханну! Вот кого я бы с удовольствием добила! Мерзавка вылетела в коридор, будто за ней гнался весь Тартар, хотя на самом деле следом трусил всего-то кузен Тео — Костас, здоровенный детина, вечно путавший моё имя с именем другой музы. На мгновение оторопев от вида меня в объятиях кумира, девица тотчас театрально заломила руки:
— О, Боже, Тео! Как ты?!
— Из кого надо выбить дурь, кузен? — подключился Костас. — Ясу, Каллиопа!
Нехотя отодвинувшись от Адониса, когда он, так же нехотя выпустил из объятий меня, я вяло махнула рукой амбалу и грозно глянула на Ханну:
— Чего ты истеришь? А Костаса зачем притащила? Кирье Влахос знает, что по твоей милости все работающие парни ресторана плавно переместились из-за стойки во внутренний дворик? И это — в час пик!
— Ты же с-сама мне сказала... — заикаясь начала стерва, но я не дала ей договорить:
— Привести сюда половину персонала? Совсем рехнулась?
— Каллиопа права, — почесал затылок Костас. — Дядя будет недоволен, если узнает. Так что, кузен? Кулаки счёсывать не о кого?
В этот момент дверь во дворик начала приоткрываться — Константинидис стремился к свободе, но я её тут же захлопнула, услышав за ней возмущённое «Ай!», и стиснула ладонь Тео.
— Не о кого. Правда, агапи му[9]?
Teo улыбнулся так, что у меня защемило сердце, и кивнул.
— Идём, нечего здесь торчать!
Костас, пожав могучими плечами уже двинулся обратно, но Ханна не сдавалась в попытках привлечь внимание Адониса к себе.
— Я так испугалась за тебя, Тео! — полностью игнорируя меня, она попыталась заглянуть ему в глаза. — Потому и побежала за помощью...
— Думаешь, он бы не справился с этим доходягой без помощи? — фыркнула я, вынырнув из-под мышки Тео и одновременно оттеснив нахальную девицу. — Невысокого же ты мнения о своём боссе!
Явно собиравшийся что-то сказать Тео издал тихий звук — что-то вроде подавляемого хихиканья, переходящего в усиленное сопение, и, обвив руку вокруг моей шеи, направился в зал, оставив Ханну позади. В основном зале уже не было такого хаоса, как вначале, и Тео мотнул головой куда-то вбок.
— Пойдёшь со мной? Не хочу оставлять тебя здесь одну, пока буду переодеваться.
— А тебе можно? — удивилася я. — По-моему, наплыв ещё не прошёл.
— Не прошёл, но я предупреждал отца, что сегодня уйду пораньше. Да и Костас уже здесь — справятся! Идём.
Я было задвигала ногами в известном одному Тео направлении, но невольно замедлила шаг. За одним из столиков в томной позе растеклась мадам «с-совершенство».
— Кого-то увидела? — Тео посмотрел в направлении моего взгляда и охнул:
— Господи Иисусе! Вот уж кто не потонет даже в шторм — губы удержат на поверхности! Ты её знаешь?
Я так и захихикала в ладошку. Как и говорила: умение зарабатывать деньги — далеко не всегда показатель ума!
— Не лично, — отдышавшись, тряхнула волосами. — Но хочу познакомиться! А ты пока переоденешься.
Тео недовольно нахмурился, но я уже отцепилась от его руки.
— Не волнуйся! Если мой сталкер появится, натравлю на него это чудо пластической хирургии! — и лёгкой походкой двинулась к столику силиконовой прелестницы.
[1] Хасиклис (греч.) — подонок.
[2] Алитис (греч.) — бродяга, бомж.
[3] Палиопаидо (греч.) — мерзавец.
[4] Вромьярис (греч.) — козёл.
[5] Малакас (греч.) — сволочь, гад.
[6] Влакас (греч.) — идиот, тупица.
[7] Мангас (греч.) — досл. бандит, но используется в смысле «отличный парень».
[8] Агапи (греч.) — любимый.
[9] Агапи му (греч.) — любимый, взлюбленный.
Глава 6
Кстати, скучающей она совсем не выглядела — строчила что-то по сотовому. На губастом лице — довольное выражение кошки, только что придушившей особо крупную мышь. Интересно, кто её визави? Не тот ли, с кем она ласкалась, пока Константинидис мирно похрапывал в моём катерке? Подойдя к столику, я нацепила на лицо улыбку и бросила: