– Ничего не изменится, – неожиданно решительно заявил Фурнье. – У вас уже много крупных собственников. Можно убрать одного-двух, а остальные останутся.
– Не уверен. Ты недооцениваешь нашу страсть к переменам. Это у вас в сонной Европе ничего не происходит. А у нас собственность будут делить еще много раз. Акции сильно испортили москвичей.
Фурнье обиженно замолчал. Ему не понравилось, что Европу назвали сонной, хотя в глубине души он с этим был согласен. Поэтому и приехал заработать в этой дикой России – здесь деньги делают из воздуха за несколько недель или месяцев.
– Оставим в стороне историю, психологию и прочие полезные науки. Жан, хочу тебя спросить о другом. Ты понял, какой главный вывод мы должны сделать из этого поучительного зрелища? – с извиняющейся улыбкой спросил Рюмин и показал широким жестом в сторону плазменной панели, на которой два президента – бывший и действующий – послушно стояли рядом, как два школьных друга на переменке, и принимали парад кремлевской гвардии.
Встретив непонимающий взгляд своего партнера, Рюмин счел необходимым пояснить:
– Что конкретно нас с тобой ждет в ближайшем будущем?
– Президент сделал акцент на правах человека. Это очень важно.
– Этот тезис меня не касается. Прав достаточно. Про Францию я не говорю – сам разбирайся.
– Инновации во всех сферах жизни.
– Уже ближе.
– Условия для частных инвестиций.
– Попал в самую точку. Один в один! Но все равно не то! Скажи честно! Не догадался, что для нас самое главное?
– Не совсем, – признался Фурнье.
– Ты же видел лица руководителей. Настороженность преобладает – с этим ты согласен? Значит, пока чиновники ничего делать не будут, а займут выжидательную позицию.
– Да, это так, – согласился Фурнье. – Ты наблюдательный.
– Спасибо за комплимент. Мелкую лесть я ценю.
– Это крупная лесть, учитывая стоимость сделки. – Фурнье покрутил головой и сделал вид, что у него все закружилось перед глазами от гигантских сумм, которые предстояло заработать им с Рюминым.
– Я, признаться, побаивался, что сейчас вот именно таким образом все завертится-закрутится, – продолжил Рюмин. – Но вижу, что время у нас еще есть. Чиновники поостерегутся лишний шаг сделать. Обстановка благоприятная. Нужно завершать проект по нашему сценарию.
– Я готов. Фонд выделил инвестиции для приобретения «Интер-Полюса». В любой момент мы можем эти деньги использовать. Дело за тобой, Валентин! Когда нам дадут возможность купить акции? По минимальной цене, как договаривались.
– Отлично. Переходим к завершающей стадии! Самой острой! Тебе понравится, – пообещал Рюмин.
В свое время Крюков предлагал Ассоциации российских предпринимателей собрать деньги и построить клуб успешных бизнесменов на манер английских заведений для избранных. В арбатских переулках даже нашелся подходящий особняк. Он принадлежал компании, заработавшей капитал на торговле игровыми приставками для детей. В какой-то момент дети неожиданно потеряли всякий интерес к этим устройствам. Пытливая молодая поросль увлеклась более совершенными компьютерными играми, а сами компьютеры появились чуть ли не в каждом доме. Стратеги «приставочного» бизнеса проглядели этот момент, и склады оказались заваленными никому не нужной продукцией, оптом и по дешевке закупленной в азиатских странах. Особняк числился в качестве залога за кредит, полученного в одном из банков. Можно было легко востребовать это замечательное здание, – кстати, вполне равноценное памятникам архитектуры девятнадцатого века, – в счет погашения кредита и перевести его на баланс ассоциации, что и предлагал сделать Крюков.
Он доказывал, что в особнячке стоит устроить ресторан для деловых встреч членов клуба, а также оборудовать гостиницу для элитных партнеров и клиентов, приезжающих на переговоры в Москву. Идея неоднократно обсуждалась на закрытых сходках. Потом выяснилось, что особняк втихую уже востребован и продан коварными банкирами.
В общем, проект не пережил стадию дискуссии и постепенно заглох.
Крюков не сразу заметил, что в пользу создания клуба громче всех выступают не самые богатые предприниматели, а в основном его друзья из регионов. Крупняк предпочитал договариваться о миллиардных проектах вдали от посторонних глаз, участвуя в совместных начинаниях ассоциации неохотно и скорее по инерции – на всякий случай. Идея клуба никак не вписывалась в эту стратегию.