В саду стояла гробовая тишина, был слышен лишь чей-то громкий плач. Я осмотрела собравшийся у дверей скопище людей. Все они молча смотрели на меня. Кто-то искрил злобой, кто-то спокойно наблюдал, стараясь скрыть волнение, а кто-то зажимал лицо руками, не желая смотреть... куда? Чуть поодаль я заметила маленького мальчика, чей голос срывался от долгого плача. Его небольшое тело скрывало ту страшную сцену, которую я ещё не успела рассмотреть внимательнее.
И слава Богам!
На земле, скорчившись, лежал мужчина, чьё тело было зверски измучено. Руки, кажется, были поломаны, а ногти содраны. На спине у него виднелась большая рана, из которой лилась алая кровь, пачкая всё вокруг. Его голова незымысловато выгнулась, а бледно-синие губы застыли в немом крике. Широко раскрытые глаза застеклянели, кажется, навсегда. От открывшегося вида замутило. Я незаметно и аккуратно отвела взгляд, стараясь сдержать рвотные позывы. Я никогда не любила кровь. А здесь её было слишком много.
Я вытянулась, ровная осанка придавала мне статный и уверенный вид. Сделав несколько шагов вперёд, я почувствовала резкий запах крови, пропитавший, кажется, всё вокруг. Бледнокожий мужчина внимательно наблюдал за мной. Его цепкие глаза заставляли остановиться на месте.
— Кто ты такой и что здесь ищешь? — прозвучал нежный и мелодичный голос.
Из толпы вышла невысокого роста девочка. Её чёрные длинные волосы были небрежно собраны в три высокие косы, а чёлка слегка прикрывала удивительные синие глаза, которых я раньше не встречала. Она не была похожа на девушку-бойца из отряда Стражей, но, к моему удивлению, носила лёгкие доспехи.
Я неспешно стянула капюшон. Лица людей, стоящих передо мной, медленно исказились в изумлённую гримасу. Но лицо девочки не изменилось:она, сведя брови, смотрела прямо мне в глаза. Смело.
* * *
Миса
Я сделала неуверенный шаг назад, а руки опустила вниз, сильно сжав зелёную накидку. В нос бил неприятный запах крови, желание прикрыть нос было велико. Мои руки, а может, и ноги дрожали от только что увиденного ужаса. Я смотрела на невероятной красоты незнакомку, которая появилась совсем неожиданно. Желание смотреть ей в глаза прерывалось сценой громкого и кровавого падения мужчины с высокого балкона. Дрожь лишь усилилась, а руки сжались сильнее; я не должна была показывать эмоций перед этой девушкой, и это было не просто так.
Белокожая, с прядями белых волос, выпавшими вперёд, и серыми глазами, девушка была одета в белую длинную накидку. Её лицо выглядело детским, хотя острые черты придавали ей серьёзный вид. Слегка приподнятые брови выдавали в её взгляде мудрость и гордость. Казалось бы, обыкновенная накидка, такая, какие носят местные горожане и даже немногие крестьяне. Нет, она была не обычной накидкой. Почти у самой земли белая ткань сшивалась едва заметными золотыми нитями, но шов был тоже особым — толстой цепочкой. Такой шов применялся исключительно на нарядах знатных и имеющих статус при дворе людей. Значит, эта девушка была госпожой, чей статус явно был выше всех здесь присутствующих.
Мне потребовалось немалых усилий, чтобы успокоиться и скрыть дрожь во всём теле, хотя губы едва заметно подрагивали. Как только взгляд незнакомки дошёл до меня, я тут же присела в глубоком поклоне, положив правую руку на сердце, а левую заводя назад. И всё же мои ноги задрожали, как только я согнула колени, из-за чего меня повело в сторону. Чтобы не выглядеть глупо, мне пришлось тут же выпрямиться и опустить голову вниз, прячась от её холодных глаз.
Казалось, в этом месте почтение незнакомке отдала только я, потому как остальная часть людей вообще не сдвинулась с места, даже головы не склонили. Но и взгляд девушки не изменился, она даже какое-то время не реагировала на вопрос Рейны. Неужели люди здесь совсем не замечали, что гостья не проста?
— Мне нужна девочка по имени Гуднесса, — громкий, уверенный и стальной голос ни разу не дрогнул, но пока она говорила, её ладони были спокойно, без напряжения, сжаты в замок на животе. — Мои... люди сообщили мне, что видели её недалеко от этого... — незнакомка вновь прошлась взглядом по окружающим её строениям. Её верхняя губа дёрнулась вверх, обозначая то ли недовольство, то ли неприязнь. — Дома.
Рейна хотела недовольно что-то возразить, это было видно по опущенным бровям и напряжённой позе. Но я быстро опередила её, практически выбежав и пробравшись через толпу.