Повалившись на колени, отец зажмурился от боли. Но в следующую секунду же, поднял глаза, посмотрев на дочь. Девочка могла поклясться, что увидела в этом взгляде раскаяние, с которым отец жил уже очень давно.
Капитан резко поднял отца обратно на ноги, затем опять отряхнул руки, словно он потрогал нечто мерзкое.
— Твой отец, девочка, грязный, подлый и глупый преступник. Его Высочество принц Калеин приказал немедленно доставить его во Дворцовую тюрьму, за свои грехи он будет наказан.
— Что же он сделал? Наверное, это ошибка! — Миса вновь посмотрела на задержанного: он больше не сопротивлялся, его лицо было смиренным, а глаза наполнились слезами. Одними губами он прошептал: — Прости, дочка.
— Он, и его трусливая шайка ограбили Её Величество королеву Мэрдос' Ди... — один из сослуживцев быстрым движением локтя ударил говорившего в бок. — Кхм! Её Величество. Эти отбросы каким-то образом пробрались во дворцовый сад, где королева прогуливалась с принцем Калеином, твой отец приставил нож к горлу королевы, другой отброс — сделал тоже самое с принцем, пока остальные снимали драгоценности с Её Величества. — Лицо говорившего Стража выглядело брезгливо, а голос с каждым новым словом становился жёстче.
Командир сморщил нос и нахмурился: — Твой отец, как и ваша семейка, — жалкие ублюдки, которых, надеюсь, повесят.
Слова были обидными, резали сердце. Глаза девочки, не отошедшие от шока, сузились, а губы задрожали. По кончикам пальцев прошёлся холодок, казалось, будто кто-то или что-то быстрым ветром проскочил возле ушей. В голове был лишь один вопрос — Почему они называют нас ублюдками? Девочка осмотрела всех присутствующих в её доме людей. Эмоции быстро заменяли одну — другой, она чувствовала то едкий страх, то сильный гнев. Гнев был таким, какого она раньше не испытывала никогда. Удары сердца вновь участились.
— А может королевских особ нужно лучше охранять? — голос девочки был спокойным, но Стражи всё же переглянулись в недоумении. Ведь капитану ещё никогда не грубили. — Может великий Королевский дворец настолько слаб, что позволил навредить королеве? — её руки сошлись в крепкий замок за спиной и крепко сжимались. — А может дело в вас, капитан?
В хижине была тишина, никто не осмелился сказать и слова, видя, как настроение их главы меняется с каждым словом обычной девочки. Стражи опустили глаза в пол, отец глазами молил её замолчать.
Но Мису отрезвила тяжёлая ладонь капитана, пришедшая на её щёку. Удар был сильным, девочка едва устояла на ногах. В душе вновь накопился страх, не было не привычного спокойствия.
— На первый раз прощаю, чертовка. И молись Богам, чтобы об этом не узнал Его Высочество. — Капитан наклонился к девочке, его глаза блеснули раздражением. Он явно не оставит её слова без внимания. Но что же он, взрослый человек, может иметь против девочки, чья доброта и отзывчивость покоряет людей? — Уведите его.
Тёмные сердца - светлая душа.
Глава 2
В голове было слишком много мыслей, они громко стучали, не давая спокойно рассуждать.
— Отца накажут! Что с ним будет? Нужно что-то предпринять! — бедная девочка шагала по тёмной улице, ноги путались, шаг был быстрым. Горожане уже давно заперли двери и окна, погасив свечи. Никто в здравом уме не выйдет в ночь на улицу, зная, что Стражи бывают везде.
Отца увели уже давно, девочка могла сразу что-то придумать, побежать за ним! Но с другой стороны - что может сделать юная крестьянка? Кто её послушает, поймёт?
Миса шла уже довольно долго, но нужный поворот к усадьбе тёти она так и не могла увидеть. Каждый шаг давался с трудом, она совершенно не знала, что говорить и что просить у тётушки, злые мысли о том, что женщина прогонит и не поможет, подкрадывались незаметно. Но девочка тут же их прогоняла, ведь пожилая женщина всегда была с ней добра и любезна, особенно после потери матери.
Неожиданно по бледной щеке покатилась слеза. Эмоции опять брали верх, сколько бы девочка ни старалась их заглушить. Миса остановилась, прикрыв глаза, сделала глубокий вдох, пытаясь унять дрожь в теле.
— Всё пройдёт. Всё будет хорошо, я верю.
Она сделала два уверенных шага, вышитые туфельки тихо звякнули по земле. Шаг, ещё один, и ещё. Но что-то заставило её остановиться. Вновь появились необычные чувства, особенно выделялось чувство сомнения и осторожности.
Прижав холодные руки к груди, девочка прислушалась, не смея двинуться с места. Было тихо, едва слышен был развивающийся на ветру плащ, быстро накинутый ей на плечи, и небольшой ветер, бьющий в лицо. Тишина...но откуда взялись эти чувства? Абсолютная тишина пугала, наводя подозрения.