За спиной послышалось какое-то мешканье. Миса резко обернулась, и вот в груди появился страх. Кто-то намеренно за ней следил?
Глаза пытались разглядеть во тьме хоть что-то, девочка вдруг поняла, что свернула явно не туда, куда хотела. Вокруг неё не было ни тусклого фонаря, ни свечи. Всё, что можно было разглядеть, — это поломанные и убитые временем доски, стоящие у стен полуразрушенных домов. Она знала это место, но никогда тут не бывала. Ей известно, что дом давно никому не нужен, так как здесь произошло событие, о котором ей почему-то не говорят.
Шорох и мешканье появились уже около неё.
— Мр-мяу!
Девочка ахнула от неожиданности. К ней медленным шагом подходил...кот? Миса опять замерла, опять вгляделась в то, что всё ближе подбиралось к ней: рыжие толстые лапы переминались с места на место, округлые уши прижались к голове. И вот показались глаза. Яркие, хитрые и озорные.
Девочка выдохнула, но сердце всё ещё не успокаивалось, она была слишком напугана.
— Вот же ты!... Напугал. — тихий шёпот казался слишком громким. Быстро опустив напряжённые плечи, она осторожно присела на колени. Рассматривая кота, Миса поняла, что он специально ходит вокруг себя, как бы показывая всё своё очарование и превосходство. Хитрая морда плавно опускалась то вниз, не сводя зелёных глаз с незнакомки, то вздёргивалась вверх, прижимая уши. Весёлая улыбка окрасила лицо девочки, смывая всю печаль и беспокойство, которые ещё недавно хотели поглотить её. Тихий смех ещё сильнее подначил кота выкручиваться лёжа на спине так, словно он змея.
Только девочка протянула руку, чтобы погладить пушистую макушку животного, как она услышала приближающиеся голоса: — ... Нам бы следовало сделать это... — голос был не так далеко, значит кто-то направляется прямо к ней. Миса подскочила, разглядывая место, в котором можно было бы спрятаться. Тревога вновь появилась, будто и не исчезала.
Девочка на цыпочках пробралась к поломанным доскам и, стараясь ничего не трогать, юркнула за угол старого дома. В месте, где она стояла, неприятно пахло пропавшей едой; пространства между стеной старого дома и большой кучей досок было мало, поэтому она аккуратно поднесла руку к лицу, закрывая и рот, и нос.
— Почему я прячусь? Я ведь не сделала ничего плохого, — размышляла девочка, хотя прекрасно понимала, что действует под руководством страха.
Шаги вновь послышались совсем близко.
— ... Ну или...убить его. — половины слов было не разобрать, однако последние слова напугали её, заставив вновь тихо ахнуть. Голос принадлежал девушке, он выдавал явное недовольство.
Миса сильнее вжалась в стену, она опасалась, что её найдут и не избежать потом беды. Шаги пары ног слегка ускорились, девочка прикрыла глаза и задержала дыхание, сердце вновь громко застучало.
— Ка-а-а-р!
Шаги резко смолкли, разговор неизвестной девушки тоже. Миса резко открыла глаза, поняв, что звук был очень близко, где-то... сверху. Медленно поднимая голову, она уже понимала, кто там будет. На краю крыши старого дома, прямо там, где пряталась девочка, сидел ворон, его глаза-пуговки смотрели точно на неё, он будто специально наклонился ближе и вновь каркнул:
— Ка-а-р!
Теперь уже девочка осмотрела и соседнюю крышу дома, и деревья, и даже старые доски. На крыше, на деревьях и на досках прямо перед ней сидели вороны. Их было так много, что казалось, они заняли собой всё свободное пространство. И все смотрели на неё своими тёмными, мудрыми глазами.
Ужас сковывал тело всё сильнее и сильнее, хотелось кричать от страха и плакать от отчаяния. Вновь наступила тишина, глаза-пуговки всё ещё смотрели на девочку, медленно сползающую по стене прямо на землю. Миса закрыла лицо ладонями, каждый её вдох был громче с каждым разом. Кот с хитрыми глазами уже давно сбежал, она осталась одна наедине со страшными людьми.
— Боги, помилуйте, спасите меня, прошу...
Чья-то грубая рука схватила её за плечо, вытащив из укрытия. Громкий крик прервался, когда девочка поняла, что ноги стали слабыми, воздуха в лёгких не хватало, а сердце всё билось и билось, но с каждым ударом всё быстрее. Упав на колени, она вновь закрыла лицо руками. Дрожащий голос прошептал: — Я ничего... плохого не сделала.
— А если я тебе не верю? — прозвучало в ответ. Этот голос принадлежал уже другому человеку — мужчине, недменному и хладнокровному. Его слова звучали как сон, медленные и ленивые.
Миса уже ничего не смогла ответить, разум помутнился, глаза намокли, а слабое тело упало на землю. Тьма всё-таки встретила её холодными объятиями, давая ей немного отдохнуть.