Маргарет тоже подошла к встрече основательно. Когда Миллстоун и его друзья подъехали к магазину, они увидели хозяйку, курившую в окружении троих охранников. Рядом стояла машина. Когда Джон остановился напротив, миссис Хеппер степенно подошла к пассажирской двери и села внутрь. Она бросила лишь короткий взгляд в заднюю часть салона, которого было достаточно лишь для того, чтобы убедиться, что Джон приехал не один, но совсем недостаточно для того, чтобы разглядеть лица тех, кто там сидел.
Все молчали. В этой тишине лишь был слышен шелест шин о пыльный асфальт. Охранники сели в машину, которая стояла около магазина, и осторожно выдвинулись вслед за Миллстоуном. Они держались метрах в ста, чтобы не слишком сильно показывать своё присутствие.
– Я думал, мы доверяем друг другу, – сказал Джон.
– Иначе бы меня здесь не было, – сказала Маргарет, едва заметно улыбнувшись.
Снова повисла тишина. Миллстоун ждал, кто заговорит первым. По его представлению, это должен был быть Георг, но он почему-то молчал.
– Мы выехали покататься? Если вы просто хотели меня увидеть, то можно было бы назначить время не в такой спешке.
Она посмотрела на Джона, но было понятно, что разговаривает она не с ним.
– Вы знаете, кто мы? – спросил Ливинг.
– Представляю.
– Винтовка у вас?
– У нас, – удовлетворённо кивнула Маргарет.
– Вы уже проверили её?
– В деле? Нет, у нас нет такой возможности. Мы просто осмотрели её.
– Она в порядке?
– В полном. Тот, кто ей владел до нас, очень бережно относился к своему оружию.
– Что вы планируете с ней делать?
– Я думаю, вы знаете ответ на этот вопрос. Поэтому вы здесь.
– У вас не получится сделать такую же.
– Вы нас плохо знаете, – усмехнулась Маргарет, – очень плохо.
– Каковы ваши условия?
– Если вы хотите лишь винтовку, то, боюсь, я ничего не могу вам предложить. Это слишком мелко.
– А чего вы хотите?
– Сотрудничать. У нас есть люди, оружие, доступ на дикие территории, а у вас информация и опыт войны с этими существами.
– Хорошо. Допустим, что мы согласимся. Каковы будут ваши условия?
– Нам нужен завод и склады, которые находятся на их территории на западе.
– Вы не знаете, о чём просите.
– Наши разведчики не нашли никакой угрозы.
– Ещё бы они что-то нашли.
– Я думаю, что совместными усилиями мы решим эту проблему.
– Но как же быть с винтовкой?
– Сначала мы должны её исследовать. А в дальнейшем всё будет зависеть от уровня нашей дружбы. Согласитесь, нехорошо снабжать своих врагов таким оружием.
Георг промолчал. Миллстоун тем временем вырулил на центральную улицу и немного разогнался, но не слишком, чтобы машина охраны Хепперов не отставала.
– Я не могу решать это здесь и сейчас, – сказал Георг, хотя и так было понятно, что он не уполномочен на такие решения.
– Вы можете подумать. Мы никуда не спешим, – спокойно ответила Маргарет, – когда надумаете, можете найти меня через Джона.
– Хорошо. А теперь, если у вас больше нет вопросов, то мне лучше вернуться домой.
– Конечно, – сказал Джон.
Миллстоун не говорил Ливингу, что Маргарет сама хотела бы с ними сотрудничать, а ей удалось так повернуть разговор, что заключённая сделка стала выгодной в первую очередь для неё. Джон ещё не определился, какой вариант более выгоден для него и поэтому занял выжидательную позицию. В конце концов, эти переговоры будут вестись через него, и он всегда успеет внести свои коррективы.
– Ну и стерва, – усмехнувшись, заключил Ливинг, когда миссис Хеппер вышла.
– Она и не такие дела ведёт. Попробуйте подружиться с федерацией так, как они.
– Мы менее выгодны, поэтому не получится. В любом случае, раз она решила так повернуть дело, это решать не мне.
Они добрались обратно до Флаенгтона и Миллстоун принялся с ними прощаться.
– Не хочешь с нами? – спросила Салли, – можем взять отдельный кабинет.
– Я очень хочу, но в другой раз, – устало улыбнулся Джон, – не поверишь, дико хочу спать.
– Будешь должен мне этот вечер, – улыбнулась она, – и я запомню, как ты оставил меня в одиночестве.
– С радостью верну должок, – подмигнул Джон, включая заднюю передачу.
Шейла очень обрадовалась, увидев его на пороге. Он выставил вперёд бутылку красного вина и устало улыбнулся.
– Прости, все цветочные закрыты. Это-то еле достал.