– Как давно это началось?
– Практически сразу после того, как её привезли. Сначала мы думали, что это просто плохие сны, всё же ей пришлось многое пережить. Мы давали ей успокоительное, но оно не помогало.
– Другие дети ничего подобного не говорят? – спросила Шейла.
– Нет. Иначе бы мы не приписывали Милли галлюцинации.
– Хорошо, – сказал Джон, – в любом случае я хотел с ней поговорить.
– Вы не подумайте, что я на неё наговариваю, – оправдательным тоном попросила миссис Феллен, – но ведь она что-то такое видела и раньше. Того монстра, который оказался какой-то машиной.
– Да, вы правы, – сказал Джон, – много чего можно придумать, поддавшись страху. Вот только тогда Милли не утверждала, что видела его. Только то, что он есть. И она не скрывала, что знает о нём со слов того старика, который запрещал им греться.
– Наш психолог говорит, что возможно, это последствия пережитого, только вскрылись они в таком необычном виде.
– Вот это уже интереснее, – оживился Джон, – психолог. Что ещё он говорит?
– Она. Это моя помощница. Она говорит, что ей не удаётся наладить с девочкой настоящий контакт. Возможно, вам она поверит. Она спрашивала о вас.
– Хорошо, – немного устало сказал Миллстоун, которому не нравилось, что диалог уходит не в том направлении, – скажите, а что у вас хранится в подвале?
Этот вопрос произвёл странное впечатление на миссис Феллен. Она непонимающим взглядом посмотрела на Джона, как будто бы он спросил её о чём-то возмутительном. Видимо, для неё уже стало данностью, что бедная девочка страдает расстройством психики, поэтому вопрос Джона был воспринят ею чуть ли не как оскорбление.
– Вы ведь не думаете, что я лгу?
– Нет. Но я должен проверить всё. Будет плохо, если девочке сделают какой-нибудь сильный укол при том, что она этого не заслуживает, верно? Или накачают таблетками, чтобы она перестала слышать, а потом окажется, что это розыгрыш какого-нибудь подсобного рабочего, который перепил в один из праздников и решил устроить веселье, – Джон говорил, не замечая, что его тон становится злее.
– Мистер Хейлок может и любит выпить, но он бы себе не позволил ничего такого, – уже не так самонадеянно, но всё же спокойно заметила Феллен, – к тому же, если хотите знать, Милли утверждает, что голос, который её звал, был женским.
– Конечно, хочу знать! – сказал Джон, искренне улыбнувшись, – видите, какие интересные обстоятельства вы мне не сказали. Я за несколько секунд узнал, что у вас всё же есть подсобный рабочий и что голос точно не принадлежит ему.
– Я не думала, что это так важно.
– Важно всё, – спокойно заметил Миллстоун, – но вы так по-прежнему и не ответили, что хранится у вас в подвале.
– Что там может храниться? Всякий хлам. То, что когда-то пожалели выбросить.
– Я могу осмотреть подвал?
– Конечно, раз вы считаете, что это необходимо. Я попрошу мистера Хейлока показать вам всё.
Она начала снимать трубку телефона, но Джон остановил её.
– Будет лучше, если вы потом просто скажете мне, где я смогу найти господина Хейлока, и я встречусь с ним сам.
– Хорошо.
В этот момент послышался звук открывающейся двери, и в кабинет вошла молодая женщина примерно тридцати лет, слегка курносая и веснушчатая. Наружность её была весьма приятной, и Миллстоун немного насторожился, подумав, какой должна быть причина того, что ребёнок не захотел идти на контакт с таким психологом.
– Сьюзи, познакомься, – сказала Феллен, – это детектив Миллстоун из полиции Джейквиля и его помощница мисс, простите, если ошибаюсь, Лейн.
– Всё верно, – добродушно кивнула Шейла, но Миллстоун понял, что её это слегка задело.
– Очень приятно, – сказала девушка, немного насторожившись.
– А это наш психолог, Сьюзен Стоув.
– Но что у нас делает полиция? – спросила она, вопросительно глядя на Миллстоуна.
– Ещё до недавнего момента мы думали, что делать, как раз-таки ничего и не придётся.
Джон взял шляпу и встал из-за стола, освобождая место помощнице Феллен.
– Они пришли навестить Милли Мейтен. Это тот офицер полиции, о котором она как-то рассказывала, – сказала заведующая, – и я рассказала ему о странностях, которые происходят с девочкой.
– И вы решили, что дело не в ней? – спросила Сьюзен.
– А вы можете убедить меня в обратном прямо сейчас? – с некоторым вызовом спросил Джон.
– К сожалению, нет, но вас в таком случае никто не убедит.