– Выживет и ещё как, – улыбнулся Георг, – он точно один?
– Двое других мертвы.
– Вы, кстати, начинаете разбираться в их поведении, раз решили остаться.
– Просто скажите, что ждали, что мы уйдём и не будем мешать вашим планам, – съехидничал Джон.
– Мы побаивались, что вы под колпаком, поэтому не выходили на контакт раньше, и не торопились это делать здесь, – сказала Салли.
– Здесь не так-то просто за кем-то уследить, – сказал Джон и оглядел пустынную равнину.
– И всё же, – добавил Георг, – а теперь ответьте мне на вопрос: что вы собирались делать, если бы мы не появились?
– Дождались бы это существо и убили его.
– А со своим знакомым?
– Я не знаю, – честно ответил Миллстоун.
– В таком случае, хорошо, что мы оказались здесь, – с лёгкой улыбкой сказала Салли.
– Почему же?
– Увидите, – сказал Георг, – когда он появится.
– А кстати, когда?
– Скоро. Очень скоро.
– А то я уже начал бояться, что он будет ждать темноты.
– К темноте ваш знакомый будет уже не тем, кем вы его знаете. Это слишком поздно.
От того места, где они сейчас находились, с трудом можно было разглядеть поваленное дерево, под которым лежал Келтон, и то только в бинокль. Но раз охотники остановились здесь, то обзор у них всё-таки был. Миллстоун видел мощную оптику на винтовке. Очевидно, её было более чем достаточно.
– А кстати, где вы взяли прицел? – сказал Джон, доставая сигареты.
– Я бы попросил вас не курить, – сказал Георг.
– Ах да, точно, – опомнился Миллстоун и убрал пачку на место, – но вы не ответили. Насколько я помню, оптика оставалась у того человека, которого вы назвали подозрительным.
– Да. К сожалению, это неоригинал, подобранный Хепперами и пристрелянный уже нами. Родная была бы лучше, но увы, если бы Хепперы снова подняли вопрос о ней, это было бы слишком подозрительно.
– Ну да.
В этот момент дверь хибары снова открылась, и оттуда появился человек, который шикнул на них.
– Появился? – шёпотом спросил Георг.
– Да, – ответил мужчина.
Джон до этого толком не видел лица, но, судя по всему, это был Григорий. Миллстоун примерно запомнил его комплекцию, но гарантированно утверждать было нельзя.
– Что мы делаем? – спросил Джон, когда дверь снова закрылась.
– Затаиваемся и ждём, – сказала Салли.
Миллстоун и остальные прижались к скале и стали наблюдать. Даже в бинокль Джон не сразу заметил приближающийся силуэт. Существо двигалось очень осторожно. Оно почти ползло по земле, иногда останавливаясь, чтобы принюхаться.
– Одна сигарета и вы бы его спугнули, – заметил Ливинг.
Джон ничего не ответил, а лишь продолжил наблюдать. Ещё недолго, и существо бы скользнуло в овраг, но за несколько метров до этого, он услышал возрастающий звук подачи тока на ускоритель, кульминацией которого был негромкий хлопок, как будто кто-то щёлкнул хлыстом.
Эффект был несоразмерным. Голова монстра буквально взорвалась. Сам он отлетел назад не меньше, чем на два метра, и, вздрогнув, перестал шевелиться.
– Понимаете теперь, для чего нам такая штучка? – с ехидной ухмылкой спросил Ливинг.
– Более чем.
– А теперь идёмте.
Все, кроме Миллстоуна держали оружие наготове, но тело, которое постепенно становилось видно всё лучше, и не думало оживать. Видимо, такие были правила – всегда быть настроже. Джон медленно достал сигареты. Он думал, что Ливинг его остановит, но Георг молчал, и Миллстоун, вытянув губами одну сигарету из пачки, закурил.
– Разве сегодня мы не будем сжигать? – спросил он, повернувшись к Салли.
– Ещё успеем, – ответила она, – не всё будем выполнять мы.
– Вот как, – покачал головой Миллстоун.
Им оставалось лишь убедиться в том, что существо мертво. Оно лежало, распростёршись на земле, а около его шеи растекалось большое кровяное пятно.
– Хороший выстрел, – заключил Дуглас.
– С такой-то пушкой неудивительно, – усмехнулся Джон.
Ливинг поднял на Джона немного укоризненный взгляд, а потом продолжил осмотр. Затем они все вместе спустились в овраг. Сначала они убедились, что напарники Келтона мертвы. Георг осмотрел их, а потом они направились в направлении, где лежал сам Гарри.
Он по-прежнему находился без сознания, но сейчас он уже не бредил, а как будто просто спал. Дыхание его стало ровным и глубоким. Были изменения и во внешности. Кожа перестала быть бледной и прозрачной, огрубела. На кистях его рук появилась жёсткая шерсть. Она же покрывала теперь и затылок. Лицо его немного вытянулось, но по-прежнему было узнаваемо.
– Пора подниматься, красавица! – сказал Ливинг, небрежно попинав ногу Келтона.