– Давай предположим, просто ради интереса.
– Всё зависит от того, на кого работать. Предателями не становятся просто так. Это невыгодно.
– Интересно. Кто мог завербовать нашу шишку? Как думаешь?
– А что если это и был тот снайпер? – предположил Дуглас, – Ледден.
– Ледден? – задумался Джон, – маловероятно. Не похож он на того, кто вообще имеет полномочия на вербовку. Он стрелок. Как только дело вышло за пределы нажатий на кнопку, он тут же сплоховал. Что в первый раз, что во второй. Да и… Что он мог ему предложить? Счастье в своей организации? Кем бы он там был?
– Агентом на территории федерации, раз уж мы решили, что он предатель.
– А я один так считаю?
– Ты хочешь так считать. Может быть, он сильно тебе досаждал своими недоговорками? – улыбнулся Дуглас.
– Ты не ответил. Как считаешь ты?
– У нас нет оснований считать его предателем. И я так не считаю.
– Ну, хоть ответил прямо.
– Как всегда.
– Ладно, поехали, – сказал Миллстоун, потянувшись за ремнём безопасности, – хочу напиться сегодня.
– С чего вдруг?
– Мысли замучили. Может быть, и вправду зря я на него нагоняю?
– Пока что точно зря.
Спайер тронулся с места и чёрной тенью заскользил в сторону Джейквиля. Миллстоун пребывал в задумчивости, пока Солтер-Хилл не остался позади.
– Хоть сам в свою контору проникай и воруй секретные данные.
– Ты думаешь, там документально оформлено, что Ричардс в порядке или наоборот? – поднял брови Дуглас.
– Нет. Но там могло оказаться дельце, к которому он не должен иметь отношение, но он был в нём замечен. И потом, если получить какие-то документы, можно было бы оценить, где он сплоховал.
– И ты смог бы разобраться?
– Смог бы, конечно. Чем я хуже?
– Не хуже, просто тебе же не известны все подробности. Как ты решишь, где он прав, а где не прав?
– Подробности бы узнал, и в делах бы разобрался, – строго ответил Джон и снова погрузился в свои мысли.
Дуглас отправился домой, а Миллстоун, заглянув к себе и прихватив бутылку виски, отправился к Шейле.
– Куда-нибудь сходим или организуем на месте?
– Лучше куда-нибудь, – сказала она, как-то чересчур серьёзно, как показалось Миллстоуну.
– Что-то случилось?
– Нет, – она покачала головой.
– Куда двинемся? В Две Тонны?
– Да. Лучше туда. А это пока оставим здесь, – она взяла у Джона виски и направилась в комнату, – у меня больше настроение на вино.
– Ваше желание – закон, – сказал Миллстоун, поправляя шляпу перед зеркалом, – но кто-то говорил, что не любит хранить алкоголь.
– А кто сказал, что его придётся хранить? – спросила Шейла из комнаты.
– Мало ли.
Послышались звуки переодевания. Миллстоун разулся, прошёл на кухню и закурил. Шейла помогла ему отвлечься, но сейчас, оставшись один, он снова погрузился в размышления. Как бы ему хотелось немедленно получить подтверждение того, что Ричардс в порядке, и всё это лишь домыслы, но покой не наставал. Как будто его подсознание знало что-то такое, что позволяло ему сделать однозначный вывод, но до сознания это пока ещё не дошло. Что же, если это на самом деле так, оставалось только ждать, пока соответствующий факт всплывёт, а если нет, то признать, что это ощущение было ошибочным.
Из мыслей Джона выбил щелчок зажигалки совсем рядом. Он не заметил, как на кухню зашла Шейла. Она закурила, а Миллстоун осмотрел её лёгкое синее платье, которое до этого не видел.
– Когда это ты успела его приобрести? – поинтересовался он.
– Почему сразу приобрести? – переспросила она, – может быть, оно сшито на заказ.
– Вот как, – покачал головой Джон.
– Мне начинает казаться, что ты и меня подозреваешь.
– Ну, пока у меня нет оснований. Если ты и причастна к чему-то, то невольно. Из-за того, что тебя ввели в заблуждение. И в этом ты не одинока.
Джон улыбнулся и поцеловал Шейлу, развеяв тревогу, которая начинала вырисовываться на её лице.
– Мне кажется, ты преувеличиваешь, – сказала она.
– Преувеличиваю. Ничего конкретного, просто сомнения, которые, я надеюсь, скоро разрешатся.
Докурив, они вышли на улицу и пешком направились в сторону бара. Джон обнял Шейлу за талию и улыбнулся. Даже несмотря на неоднозначность ситуации, ему хотелось верить, что всё будет хорошо. Завтра всё, так или иначе, должно если не разрешиться, то хотя бы сдвинуться с мёртвой точки. А сегодня он хотел развеяться.
– Нам нужно поговорить, – сказала она, едва они расположились на диване.
– Я подозревал что-то такое, – ответил Джон, закуривая, – говори.
Он посмотрел на неё серьёзно.
– Звонил отец.
– А, – протянул он, – а я уж подумал, что…