– И вот, – Долбет протянул первым делом курицу, завёрнутую в бумагу, – добавочка за неожиданность.
Он вручил Миллстоуну несколько монет разного номинала. Они были не такими, как те, что он нашёл у мёртвого солдата. Везде под цифрой было написано слово "Лит", а на обратной стороне буква Л в виде уголка, украшенная простеньким орнаментом. Несмотря на то, что Джон старался не заострять внимание на монетах, Бакстер распознал, что он не знает, что это за деньги.
– Никогда не видел литов? – спросил он, когда они вышли из двора Долбета.
– Не ожидал.
– Если у тебя в этих краях нет литов, то ты ничего не купишь.
– А у вас где можно что-то купить?
– У нас есть рынок. Но там не всегда бывает то, что нужно. Сходим, посмотрим, если хочешь.
– И нужно где-то остановиться.
– А вот с этим у нас строго. На ночь чужих не оставляем, если кто-то не пустит тебя в гости. Три километра по шоссе есть постоялый двор. Обычно останавливаются там.
– Постойте, – сказал Миллстоун слегка нервно, – вы сказали, что я тут у вас на три дня без права выхода, но и ночевать здесь я не могу.
– Можешь. Я могу закрыть тебя в участке. Ну или, ты можешь быть моим гостем. У тебя хорошая курица, один ты её за раз не осилишь.
– Я без проблем, а ваша-то семья к этому как отнесётся?
– А ты об этом не думай.
Бакстер по-свойски взял курицу из рук Джона и положил себе под мышку. Этот жест понравился Джону – это значило, что он принят. Всё равно, если рассудить логически, ему бы следовало озаботиться тем, где хранить эту курицу или как её приготовить, а так эти проблемы снимались.
– Ну так, вы расскажете, где рынок?
– Пойдём. Курицу только занесём, чтобы не таскать.
Несмотря на добродушный тон и дружеские жесты местный полицейский ни на секунду не выпускал Миллстоуна из вида. Видимо, действительно имел серьёзные основания предполагать, что у него есть план преступления. Если бы только Джон знал подробности, возможно, смог бы помочь в расследовании.
Домик полицейского находился ближе к центру. Небольшое, относительно скромное строение, выглядевшее бедновато на фоне тех, у кого было крупное хозяйство. Однако построено оно было достаточно добротно. Небольшой размер, возможно, обуславливался тем, что здесь требовалось использовать территорию как можно более эффективно, и чем меньше человеку требовалось для его ремесла, тем меньше ему выделяли.
Бакстер лишь на минутку юркнул внутрь и тут же вернулся назад. С момента их встречи это был единственный момент, когда Миллстоун выпал из поля его зрения. Но даже пожелай он сбежать, ему не удалось бы уйти далеко. Хотя, полицейский же должен понимать, что остаток положенного времени в изоляторе гораздо хуже, чем в качестве гостя, и поэтому Миллстоун этого не сделает.
Да, здесь не федерация. Никому не скажешь, что раз тебя не поймали за совершением преступления, ты имеешь право идти, куда тебе вздумается. Сказал законник одного из поселений, что тебя задерживает и всё – ты задержан. Откажешься – может пристрелить тебя, и даже некому будет возразить. Можешь, конечно, пристрелить и ты его, но мгновенно попадёшь в немилость к жителям этого, а, скорее всего, и нескольких других поселений. Уже не получится предстать перед их жителями нормальным человеком, с которым можно вести дела. Можно, конечно, остаться незамеченным, но скорее всего, сбежать не удастся, и рано или поздно ты будешь пойман.
Всё большее количество признаков указывало Джону, что это не полностью самостоятельный городок. В принципе, на что-то такое и нужно было рассчитывать. Первый признак – деньги. Сделаны они были достаточно качественно, если учитывать местный уровень. В Бонеке, являющимся самостоятельным поселением, тоже есть свои деньги, но Бонек гораздо крупнее, во-первых, а во-вторых, сфера деятельности тамошних жителей гораздо шире. В-третьих – они делают оружие, и весьма неплохое оружие, а оно, подчас, гораздо дороже зерна. Не говоря уже о том, что при умелом использовании и особой нужде, и зерно, и всё остальное можно добыть, взяв оружие в руки.
Что же касалось этого городка – Джон, кстати, так ещё точно не знал, как его называть, – то не вскоре исчезли последние сомнения в его самостоятельности. Он определённо был частью более крупного объединения. Своего рода пищевой кладовой. Здесь была относительно плодородная земля и источник воды – ну и удалённость от опасностей, само собой. Иначе бы этот городок, который можно было бы сжечь без особых усилий, либо был бы наполнен охраняющими его солдатами, либо не существовал.