Аккумулятор был отсоединён и Миллстоун сначала подсоединил клеммы, немного подкачал топливо, и только потом направился в кабину. Ключи были в замке зажигания. А вот ручного тормоза не было – машина стояла на передаче, и прежде чем повернуть ключ, Джон перевёл коробку в нейтраль. Стартер оказался на удивление шустрым, и достаточно быстро оживил мотор.
– Неплохо, – сказал Миллстоун, выходя к Долли, – недавно заводила?
– Неделю назад. Я всегда её выкатываю и прогреваю.
– Молодец.
Она ничего не ответила, а Джон продолжал осматривать машину.
– Мотор немного сбоит. Я кажется знаю, в чём дело. Есть свет в гараже?
– Нет, – сказала она, – выкати на улицу.
– Хорошо.
– Только дай я тоже сяду.
Она уселась на пассажирское сиденье и посмотрела на Миллстоуна так, будто бы он планировал заниматься ничем иным, как волшебством. Джон тем временем посильнее надавил на газ, чтобы машина не заглохла, и, включив передачу, аккуратно отпустил сцепление. Обороты мотора упали, но чувствовалось, что его мощность пошла в дело – грузный пикап сдвинулся с места и выехал на свет.
Включив нейтраль, Джон отпустил тормоз и убедился в том, что машина не укатится, а потом вышел из кабины и открыл капот. Мотор и вправду немного подёргивался, что говорило не о совсем правильной работе. Джон осмотрел один из шлангов и нашёл в нём трещину.
– Есть нож? – спросил он у хозяйки.
– Да.
Миллстоун отсоединил шланг, и мотор стал сбоить ещё сильнее. Получив от Долли нож, он ловко обрезал конец, на котором была трещина, и тут же присоединил всё назад. Работа мотора стала ровной, а Джон с победным видом посмотрел на хозяйку.
– Отлично, – спокойно сказала та, – она, в принципе, и так нормально ездила.
– Но так будет лучше. А в целом, да, неплохо.
– Ладно, чуть погрей и загоняй на место, я пока пойду на стол поставлю.
– Хорошо.
Миллстоун выполнил всё в точности, как и обещал, предварительно всё ещё раз осмотрев. Вообще, бензиновые моторы были для него не очень понятными и знакомыми, но некоторые вещи он знал.
Вернув машину в сарай, он направился к дому. Долли уже стояла на крыльце и курила, а рядом Везунчик ел что-то из миски. На улице послышались шаги и знакомый голос Бакстера. Джон уже предвкушал разговор, который состоится, и ему, признаться, было не совсем понятно, как Долли собралась уговаривать бородача.
– Ну, как работа, просто Джон? – спросил Багс, войдя во двор.
– Хорошо.
– Ты хотела меня видеть? – Бакстер сразу перешёл к делу.
– Пойдём в дом, всё уже на столе.
– Ну пошли.
К удивлению Миллстоуна на столе стояла не только еда но и тёмно-зелёная бутылка, похожая на ту, из которой его вчера угощал Багс. Видимо, хозяйка хотела угодить ему даже в этом, значит, не совсем была уверена в том, что он согласится. Из еды был простой овощной салат, варёный картофель и жареная курица. Всё достаточно просто, но Миллстоун ощутил страшный голод и желание его утолить.
– Так о чём ты хотела поговорить? – спросил Багс, положив себе только одну картофелину и небольшой кусок мяса.
– Завтра в Хестон приезжают охотники из Бонека, – там будет купля. Хочу посмотреть.
– Ни за что, – воспротивился полицейский, – ты хоть понимаешь, о чём просишь? А если там будут какие-нибудь его друзья, и грохнут тебя?
Он кивнул на Миллстоуна, и Джон понял, что речь идёт о его гипотетических друзьях-грабителях.
– Ты же говорил, что он федерал, – сказала Долли, посмотрев Багсу в глаза.
– И что с того? Я ничего о нём не знаю, а ты тем более.
– Я тогда поеду одна, – спокойно сказала хозяйка.
– Чёрт тебя дери, Сайлар! – воскликнул полицейский, – ты не можешь подождать хотя бы день?
– Не ори здесь, – спокойно сказала она, – ты знаешь, что купля проходит быстро, и послезавтра там никого не будет.
– Может, хватит уже, Долли? – отцовским тоном спросил Бакстер.
– Я тебя прошу только об одном. Я отвечу, если что. Обещаю тебе пристрелить его, если попытается бежать.
– Чёрт возьми, Долли, – Бакстер потёр лоб. Было видно, что он выходит из себя.
Он так и не притронулся к еде, что значило, скорее, что он намерен любой ценой отказать.
– Я прошу тебя, – грубо и нехотя сказала она, – можешь дать мне его оружие. Обещаю дать ему его только если будет совсем плохо.