Долли потупила взгляд, признавая правоту Миллстоуна.
– Нет, – продолжал он, – нам нужно, чтобы первый шаг сделал кто-то из них, вот только и ждать особо не хочется. У тебя есть тут знакомые?
– Видела одного торгаша на рынке, но я его едва знаю.
– Как думаешь, можно узнать, не случалось ли чего с этой Дайаной?
– Я могу спросить, но, не знаю, – неуверенно ответила Долли.
– Тогда всё равно идём, – сказал Джон, поднимаясь с кровати, – нам нужно добыть информацию.
– А если он ничего не знает?
– Тогда и будем думать.
Около дома, где произошло убийство, по-прежнему было тихо. Если у этого человека здесь не было знакомых, то тело будет оставаться ненайденным, пока не появится запах. Если только в ближайшее время сюда снова не придёт Дайана и не наберётся смелости войти.
Рынок тем временем начинал пустеть. Долли уверенно подошла к одному из лотков. За ним уже убирали свои товары мужчина лет сорока и полноватая женщина примерно такого же возраста.
– Привет, Вин, – сказала Долли.
– Привет, – ответил он, – не ожидал тебя здесь увидеть. Какими судьбами?
– По делу. Здесь ничего не случилось недавно?
– Убили одного из отцов. Говорят, управляющий, – ответил мужчина, распрямившись и уперев руки в бока.
– А с караванами? – серьёзно спросила Долли.
– Здесь – нет, – подумав, покачал головой мужчина, – а вот на Роквильской дороге было дело. Твой отец приезжал даже. Я думал, ты знаешь.
– А чей караван?
– Рыжей, а что?
– Да так.
– Это и есть твоё дело? – спросил торговец с удивлением.
– Да. Нужно было узнать.
– У тебя всё в порядке? – он посмотрел на неё с недоверием.
– Да, – коротко ответила она, и они с Миллстоуном отправились назад.
Торговец оторопело посмотрел на неё, но ничего не сказал.
– Всё было рядом, – сказал Джон, когда они вышли с рынка.
– Давай покурим. Дашь сигарету?
– Хорошая идея, – поддержал Джон, останавливаясь и запуская руку в потайной карман куртки.
Они встали в сторонке и закурили. Миллстоун размышлял. Несмотря на слишком малое количество информации, факты в его голове начинали складываться в единую картину. Караван Дайаны ограблен. Кто-то хочет свалить это на Хепперов, но есть некоторый документ, который подтвердил бы их невиновность. Он должен был быть у того человека, и он должен был передать его Дайане. Человек убит, караванщица информацию не получила, но документ в итоге не достался никому. Вопрос в том, где он сейчас? И существовал ли он на самом деле? За эту бумажку уж точно можно получить разрешение следовать с караваном, а может быть, и что-то большее, вот только найти её не представлялось возможным.
– А тот караван, который ограбили, – спросил Миллстоун, – он был в Рате, я так понимаю?
– Да. Они иногда приезжают поторговать, но мало. У них же почти только выпивка одна. У нас народ в основном своё пьёт, так что сама Дайана почти никогда не появляется.
– Вот как. И её людей ограбили. Может, им нужна была она, и они подумали, что она с ними?
– Не знаю, – пожала плечами Долли.
Миллстоун замолчал и задумался, глядя на проходящих мимо людей и делая длинные затяжки с большими, чем обычно, интервалами.
– Ты уже знаешь, что вообще случилось? – не выдержав, спросила Долли.
– Даже если и так, то что с того, знаю я или нет? – улыбнулся Джон, – кому мне тут что доказать? Хепперам, что их хотят подставить или твоему отцу, что тут нарушается закон?
– А ей?
– Про неё я уже говорил тебе. Тоже пока не очень. Нужно что-то, за что можно было бы зацепиться.
– Например?
Миллстоуну нравилось, что Долли пыталась помочь. Она осознавала, что если они будут действовать сообща, то у них получится уехать отсюда в составе каравана, причём хорошего и надёжного.
– Вот, к примеру, она продаёт виски. А сама пьёт?
– Бывает. А это важно?
– Да. Хорошо бы свести всех снова в баре. Вот только, как это сделать?
– Не знаю. Но если Дайана пойдёт в бар сегодня, то в центральный.
– Это тот, что примыкает к основному зданию?
– Да. Здесь есть и другой или даже два, но там сплошная блевота.
– Это уже что-то. Ну а у нас как? Мы можем себе позволить?
– Если часть денег можно будет взять из твоих.
– Учитывая обстоятельства, я бы даже сказал, что нужно. Тем более, скоро мы отсюда отвалим, и неизвестно, когда вообще можно будет где-то спокойно выпить.
– В Роквиле, – усмехнулась Долли, – там ты дом родной вспомнишь.
– Посмотрим.
Миллстоун взял с собой собаку и ещё раз прогулялся по своему дневному маршруту. Надежды на то, что всплывёт что-то новое, особенно не было, но он всё равно прошёлся и до конюшни, и до рынка и мимо дома, где произошло убийство. Там по-прежнему было тихо. Но даже если тело нашли, это не должно было создать особенного шума. Подобное здесь происходило часто, и уже не должно было вызывать чрезмерного удивления.