Проходившая за окном девушка очень напомнила ему Шейлу, однако когда она вошла внутрь заведения, где находился Джон, и ему удалось рассмотреть её поближе, он убедился, что это не она. В этом свете и тот человек, которого он видел сегодня днём, перестал казаться ему похожим на Джека Ричардса. Впрочем, те мысли вряд ли можно было даже неимоверными усилиями выбросить из головы. Разве что отодвинуть на второй план, да и то только на время.
На первый план вышел вопрос о том, почему федерация до сих пор не пришла сюда. Здесь жили такие же люди, и жизнь их только улучшится. Но пока что по определённым причинам этого не произошло. Кому-то было выгодно, чтобы эти территории оставались дикими. И уж это Джон знал наверняка. Благодаря тому белому конверту.
КАРАВАН ОДНОГО
"Агент Миллстоун!
В последнее время наш отдел столкнулся с непредвиденными потерями. У нас есть основания предполагать, что к пропаже агентов на диких территориях причастен кто-то из своих. Мы уже провели соответствующие следственные мероприятия, однако точно вычислить предателя не удалось. Нам требуется ваша помощь, так как ваше нынешнее положение очень выгодно для нашего расследования. Если вам интересно это дело, и вы желаете нам помочь, просьба явиться в известный вам кабинет ближайшим утром. Мы поймём, если вы решите отказаться. Никаких дурных последствий для вас этот отказ не повлечёт.
Известный вам работник стратегического отдела".
Письмо имело не слишком-то ценное содержание. Пожалуй, оно даже не тянуло на то, чтобы постоянно носить его с собой. Однако Джон осознавал его истинную роль, которую легко было недооценить.
Это был фундамент – отправная точка всего, что произойдёт дальше. А раз события намечались судьбоносные, можно сказать, исторические, то и значимость фундамента возрастала соразмерно. Федерация расширится – рано или поздно, кроваво или мирно, но расширится. Большинство сообществ за её пределами слишком малы, чтобы выживать самостоятельно, так что у них нет выбора.
Вот только кому-то выгодно, чтобы эти территории оставались дикими. Именно поэтому стратегический отдел столкнулся с трудностями. В этом была первопричина всего происходящего. Нельзя сказать, что Федерация находилась на пике могущества, но причины откладывания продвижений были в другом. Люди, которых пришлось бы покорять, потом стали бы гражданами. Вопрос – насколько они бы были примерными? В любом случае кровь не была нужна никому. А подготовку почвы для мирных присоединений было несложно нарушить. Примерно так, как это происходило сейчас.
В сущности, причина могла быть ровно одна – в своём продвижении вперёд Федерация могла приобрести что-то, что по мнению её противников ей приобретать было нельзя ни в коем случае. Если не отбрасывать предвзятость и принять как данность, что тот, кто нужен Миллстоуну – Джек Ричардс, то ему это вполне может быть выгодно. Вспомнить хотя бы модификатор – полумифический артефакт, расположенный где-то на диких территориях. Что если это "где-то" как раз затерялось между неизвестной Джону республикой и владениями огненных братьев? Впрочем, даже если не зацикливаться на модификаторе, можно было предположить, что в той папке нужный объект и вовсе не упоминается. Тогда нужно выяснить, что это.
Учитывая, что все агенты, посланные в последнее время, не вернулись, у Джона не было даже отправной точки для поисков. Нужно было начинать с нуля, а если мыслить географически, то принимать в расчёт сразу всю наиболее вероятную область.
Предыдущим вечером, злоупотребив виски, он много думал над вопросами дальнейших действий, да так много, что забыл о вещах более насущных – к примеру, о том, как бы им выдвинуться из Роквиля в сторону Айдена. Путь предстоит неблизкий, и желательно выдвинуться поскорее, а для этого надо найти караван, идущий хотя бы до ближайшего населённого пункта.
Эта проблема обрушилась на него особенно душным утром, когда он поднялся с кровати в пустой комнате. Болела голова – скорее от духоты, чем от похмелья. Ломило шею, руки затекли. Джон поднялся и потянулся. Долли уже куда-то ушла, взяв с собой Везунчика.
Слегка пошатываясь, Джон поднялся с кровати и подошёл к окну. Он распахнул занавески и открыл его. Поток свежего воздуха был очень кстати, как и то, что окно находилось на теневой стороне, иначе он получил бы только жару и яркий солнечный свет. На столе лежала фляжка с водой. Делая глоток за глотком Миллстоун подумал, что Долли хоть и бывает слишком жёсткой, всё же иногда заботится о своём компаньоне.