Долли тем временем надела лёгкие штаны, футболку, и забралась под одеяло. Джон докурил, потушил сигарету в пепельнице и выглянул в окно, чтобы осмотреться, а потом плотно закрыл его и занавесил.
Он взял покрывало и начал устраиваться спать на полу.
– Ты чего? – удивилась Долли, – ложись сюда.
– Думаешь?
– Да.
Джон разделся, обернулся покрывалом и расположился на кровати. Долли приблизилась к нему и положила руку на грудь.
– Что ты там такого натворил, что тебя хотят убить? – тихо спросила она.
– Там – ничего. А вот здесь, похоже, мы приблизились к чему-то интересному.
– Ты ведь справишься с ней, если что?
– Один же раз справился. Ну а не смогу один, у меня есть верный друг.
Джон бросил короткий взгляд на Везунчика, расположившегося около двери. В полумраке комнаты были видны лишь его очертания.
– Я боюсь, – ещё тише сказала она.
– Не бойся, – улыбнулся Джон и позволил себе аккуратно погладить её по голове.
Она не сопротивлялась. Глаза обоих постепенно смыкались, пока они почти одновременно не погрузились в сон.
Миллстоун резко распрямился в кровати. Через занавеску в комнату проникал рассеянный дневной свет. Долли, до этого двумя руками державшая Джона под локоть, зашевелилась и открыла глаза. Всё было в порядке, видимо, плохой сон, хоть Миллстоун его и не помнил.
– Что? – негромко спросила Долли.
– Спи, – ответил Джон, осторожно высвобождая руку.
Поднявшись, он первым делом убедился, кто контейнер на месте. Только после этого он надел штаны и рубашку, а потом подошёл к окну. Ему подумалось, что яркий свет разбудит Долли, которая снова задремала, и поэтому, оставив Везунчика на страже, он, едва слышно скрипнув дверью, вышел на лестницу.
Он вышел из подъезда и, расположившись около урны, закурил. Утро выдалось жарким, и ему не очень-то хотелось куда-либо сегодня идти. Правда, не было особой надежды, что завтрашний день в этом отношении будет чем-то отличаться, а двигаться нужно было как можно быстрее. Вне зависимости от того, каким будет следующий ход его противника, нельзя было давать ему слишком много времени на принятие решения.
И вдруг перед ним возникла она. Так неожиданно, что он чуть было не поперхнулся дымом, который только что вдохнул. Он отпрянул назад, упершись в стену, и рефлекторно опустил руку в карман, готовясь доставать пистолет.
– Не надо, – тихо сказала Морган, легко и незаметно положив ладонь на запястье той руки, которая уже сжимала пистолет в кармане, – я не причиню вам вреда.
– Вот как? – выдохнув, сказал он.
– Рука болит? – спросила она.
– Немного.
– Вам надо сменить повязку. Я могу это сделать.
– Ты доктор или наёмная убийца? – спросил Джон.
– Неважно. Я хотела извиниться.
– Извинения приняты. Можешь идти, – безразлично сказал Миллстоун.
– Он же убьёт меня, мистер, – впервые за всё время общения с ней, он уловил в её голосе нотки настоящего испуга.
– Ты знала, с кем связалась, когда получала задание.
– Потом он убьёт вас. Чем вы ближе к Айдену, тем опаснее. Он не допустит вас туда.
– Можно подумать, я буду кого-то спрашивать, – усмехнулся Джон.
– Я могу помочь вам защититься.
– Этой ночью была попытка сделать это?
Она потупила взгляд и сжала губы.
– Я не думала, что всё так повернётся.
– Как?
– Вы отпустили меня. Почему?
– Тебе больше по душе лежать в овражке с простреленной головой?
Джон поднял брови, вопрошая её взглядом. Она не отвечала. Ей, похоже, сложно было формулировать свои мысли, а Миллстоун думал только над тем, чтобы сейчас не показать свой интерес. Безразличие и только оно. Раз она к нему явилась, то он ей нужнее, чем она ему. Вопрос в том, какой информацией она обладает?
– Я знаю, откуда этот ящик.
– О, это интересно. Рассказывай.
Она быстро повертела головой, чтобы убедиться, что кроме Джона её слова никто не услышит, а потом, приблизившись, начала осторожно говорить.
– В пустыне есть место, где они иногда появляются. Я случайно оказалась там и встретила его. Он как будто бы уже знал, кто я. Наверное, ему кто-то сказал, и он следил за мной.