После занятия мы посидели, поболтали ртом и ногами.
- Научи облегчать свой вес.
- Зачем? Лучше сбросить лишние килограммы.
- Что вы все как сговорились? Я толстая, да?
- Есть такое, - я вспыхнула факелом.
- Молодец, хороший факел получился. Можешь запомнить. В Драконьей академии все огненные так делают – это норма для сильных.
- Я занимаюсь. Я теперь каждое утро бегаю и делаю зарядку.
- Молодец, я рад за тебя. Одна?
- Нет. Племянник кэра Линсона занялся моей физподготовкой.
- Как он тебе?
- Он фантастический. Эта его фишка с облегчением веса – это круто. Но мало, я хочу так на постоянку, - я попыталась передать эмоциями, насколько я хочу научиться облегчать свой вес.
- Занимайся, и будет тебе счастье, - его улыбка получилась странно щемящей сердце.
Глава 15
На финал мы выбрали ещё одну песню Кайринеля, теперь медленную, и модный рэпчик от волков в качестве танцевальной. С этим мы определились за пару недель до финала, разработали шоу и потихоньку репетировали.
Одежду мы покупали для обоих номеров в понедельник перед финалом. И, если нужные для рэпчика джинсы/версы сидели на мне более-менее и можно было подобрать что-то приличное наверх, то длинное вечернее платье сидело на мне, как седло на корове.
С платьем я вынесла мозг всем. Сперва девочкам. Им хорошо – им мы подобрали платья быстро. И для высокой Ояны, и для миниатюрной Лейсы. Первой сдалась Ояна и уехала домой восстанавливать нервы. Лейса, вообще, у нас самая стойкая, но даже она после 5 часов блуждания по магазинам устала убеждать меня, что бодипозитив – это круто, и, вообще, есть одежда, которая на толстых выглядит лучше, чем на худых. Мы такую не нашли.
Нэш не отвечал на звонки (я потом выяснила, что ему звонила Ояна и ему сразу стало страшно). Лурч ответил пару раз и тоже отключился под предлогом, что у него занятия. Я позвонила маме, она ответила: дочка, ты звезда, хоть в ночнушке выходи, всё равно тебя будут слушать. Я понимала, что звонить папе точно бесполезно.
Мы сидели с Лейсой в кафе (было уже пять вечера, мы выехали из дома в 10 утра) и думали, что делать, куда бежать. Я вспомнила про кэру Майлз. Слава Богу, визитка салона сохранилась. Лейса препроводила меня туда и с явным облегчением сбежала.
…
Кэра Майлз позвонила кэре Шейкс, та обещала прийти к вечеру, то есть часам к семи. Меня отвели в кафе и сказали приходить, как поужинаю. Я едва ли не ревела. Салон дорогой, вероятно, денег не хватит на мою тушку. Нет, если снять только лицо-плечи-грудь, то вполне красиво. Нашлись бы поклонники. Но что делать со всем остальным? Можно я закутаюсь в паранджу? Есть ещё вариант с маской. Может, надеть маску? В конце концов, учитывая затраты на такой дорогой салон, маска вполне может оказаться дешевле. А, может, надеть ту маску, которая есть? Милорд оставил её мне. Фу, она такая противная, мне не понравилась.
- Кэр Линсон, я не знаю, что делать, - позвонила я единственному, кто у меня остался.
Он приехал через полчаса. Я сидела в уголке кафе и плакала. Он присел рядом и погладил меня по голове, как маленькую. Я разрыдалась навзрыд. Он прижал меня к себе, обнимая и целуя макушку. Наверно, ещё полчаса я так рыдала, потом стало легче. Он аккуратно вытер мне слёзы.
- Красная, да?
- Я убрал.
Он заплатил за меня и повёл на выход, держа за руку. Мы зашли в салон к кэре Майлз. Они переговорили, я разобрала только слово «маска».
Потом мы пошли в мастерскую. Мне сделали маску: я же, только Уже. Не 60 кг, оставили 70, но по сравнению с 85 кг очень красиво.
Мы вернулись к кэре Майлз, там уже была кэра Шейкс. Обе достопочтенные кэры были стройными: первая одета в более классическую одежду, вторая – в менее стандартную. Да кто бы что ни говорил и какие бы сравнения ни приводил – быть стройной лучше, чем толстой. Толщина – это не бодипозитив, а бодинегатив. Я ненавижу себя, поэтому так запустила и с трудом передвигаю ноги под своей тяжестью. Ааа!
Кэры покрутили меня со всех сторон.
- Может, надеть ей брючный костюм? Все будут в платьях, и она станет самой заметной? – кэра Шейкс.