- Догони меня и побей.
- Да ты, да я… - но, слава Богу, побежала. Остановилась. – Что это???
- А что? – я разговаривала издалека, боясь подходить к этой неадекватной.
- Что это??? – она походила туда-сюда. Навскидку её масса была килограмм 100 при меньшем росте, чем у меня. А мы со Стилом тренировали облегчение именно на 40 кг. Неужели я перестаралась?
- Да что случилось? – встревожилась, наконец, и вторая бодипозитивщица.
- Да, да, что случилось? – подтвердила я – у меня же нет воздуха :)
- Ты знала. Что ты сделала? – слава Богу, её голос спустился на пару октав до приемлемых высот.
- А что?
- Я заболела.
- Ты чувствуешь себя плохо?
- Нет. Непонятные ощущения – что-то, наверняка, случилось.
- Давай ещё пробежимся? Чтобы понять, что происходит, - я рисковала, конечно, но кто не рискует, тот не пьёт шампанское, а я не пью шампанское, значит, я не рискую.
Она подумала и побежала. Остановилась.
- Как будто у меня появились крылья. Ты кто? – вопрос застал меня врасплох.
- Человек.
- Нет, откуда у меня крылья???
- У тебя нет крыльев.
- Ты издеваешься?!
- У тебя нет крыльев, - осторожно попыталась вставить слово Лейса.
- Да вы издеваетесь??? Я нормальная девушка, да как вы смеете!!! Смешно, да? Я толстая, и меня это устраивает.
- Да что случилось-то?! – вторая бодипозитивщица, вообще, не врубилась в тему.
Короче, я держала облегчение до победного :) Тётка истерила, как ненормальная, наверно, час. Но я мужественно боролась с её заблуждениями. Мы пошли в кафе заесть великое горе. Я даже выстояла и смогла убедить их пойти в то кафе, в которое нужно подниматься по более высокой лестнице :) Хи-хи, она взлетела первая, навернула тортик и пару пирожных – всё равно крылья не отпали :) Заела расстройство парой куриных бёдрышек. Всё равно крылья пока остались при ней.
Мы спустились на улицу и ушли в парк – я же добрая, зачем людям на улице слушать скриминг, когда я сниму облегчение? Тётка перестала истерить и, наконец, начала осознавать преимущества. Она даже попрыгала :)
И вот тогда я сняла облегчение, но заткнула уши заранее. Милорд, спаси и защити! Что я сделала не так? У Сета же получилось на ура.
Он, видимо, включил нейросеть. Ржал, как конь.
Ах ты, гад.
«Смешно же».
Это со стороны, когда можно сбавить громкость или вовсе выключить звук.
«Тише?»
Точно, спасибо. Почему она так реагирует? Ощущения же фантастически хорошие?
«Она не привыкла чувствовать себя хорошо. Может, и вовсе не знает, что это такое. У неё один кайф – нажраться. Ну, может, ещё почитать или посмотреть, и то ищет в книжках и фильмах плохое».
Спустя ещё пару часов мне удалось вставить, что она становилась легче.
Короче, тренер из меня никакой.
…
- Что это было, Мила? – Лейса находилась под впечатлением от прогулки с бодипозитивщицами.
- Когда Сет облегчил вес мне, я просто летала. Это был кайф. Я не поняла, почему Серене не понравилось. Это натурально, как крылья за спиной. Ты худенькая, тебе не понять. Попробуй потаскать килограммов 15-20 в рюкзаке, а потом сними его. Как будешь ощущать себя?
- Как ты это сделала?
- Артефактом воздуха.
- Зачем?
- Я хотела объяснить ей, что быть толстой – это плохо, прежде всего, для самой толстой. Мне по барабану внешность – я, вообще, девочка с правильной ориентацией.
- Не правильной, а гендерно-противоположной.
- Эм.
- Когда ты говоришь, что секс между мужчиной и женщиной – это правильная ориентация, то подразумеваешь, что отношения между мужчинами или женщинами – это неправильно.
- Так, подожди, мы с бодипозитивом ещё не разобрались, а ты уже ЛГБТ включила.
- Зачем с бодипозитивом разбираться? Нравится ей быть толстой – пусть будет.
- Конечно, пусть будет, но у неё же должен быть выбор. Она должна осознанно понимать, от чего она отказывается. Конечно, она может есть тортики и курочек целиком, но она же должна понимать, что есть и другая жизнь, когда у тебя крылья за спиной. Я признаю, что не всем нравится летать, некоторым нравится кататься, как сыр в масле. Это их право, но выбор должен быть осознанным. Зачем она постоянно переводит стрелки на внешность? Мне по барабану её внешность. Меня не покоробит, даже если она выползет на улицу голой. Я, слава Богу, надеюсь больше никогда её не увидеть. Просто зачем постоянно страдать, что другим не нравится её внешность? Она же в бодипозитиве, зачем ей мнение других о её внешности? Какая ей разница, кто и как её называет? Толстый – это не оскорбление, это констатация факта. Да, я тоже толстая. Это факт. Можно ещё сказать – жирная. Это так. Что ей не нравится? Другие люди имеют право выражать своё мнение о ней. Она не имеет права запрещать другим говорить и думать.