По объявлению приходило несколько человек, но все мне не понравились. В общем-то, и Кайр, и Лурч соглашались с моими доводами, вроде даже не формально. Человек, показавшийся мне нормальным, пришёл в пятницу (Сайс – это, вообще, популярное имя в ВК, как Саша на Земле, неслучайно Лурча в детдоме так назвали). Лурч одобрил.
Мы накормили его обедом и сразу же пошли разносить заказы – их было много, как обычно в пятницу, как раз дополнительная подъёмная сила (я пользовалась воздухом). Я объясняла, что, когда и кому стоит говорить. Сайс оказался разговорчивым, я бы даже сказала, чересчур разговорчивым – такие часто неспециально привирают. Поэтому, послушав его презентацию, мы остановились на том, что он будет повторять о специальных предложениях в ближайшее время только то, что ему скажут, дословно. Плюс от души добавит комплименты и хорошие новости района.
Вечером, часов в 21, Нэш и Сайс забрали последние заказы дня и пошли разносить их, по-прежнему вдвоём. Ояна лежала в каморке – у неё кружилась голова. Милорд говорил, что беременность протекает неправильно и с большой вероятностью она потеряет этого ребёнка. По его мнению, вообще, лучше сделать аборт, чтобы сохранить здоровье матери. Тогда она сможет родить ещё, а если затянет, то могут быть проблемы.
…
- Но вдруг ребёнок выживет? Бывают же чудеса.
- Бывают. То, что ты появилась в моей жизни, - чудо. А ребёнок у Ояны, увы, слишком неудачный. Даже если выживет, будет инвалидом. Это не чудо, это кошмар.
…
Я прибралась в каморке, рассказав Ояне о прошедшем дне. Стала прибираться на кухне. И тут меня накрыло. Я сползла по стеночке на пол – слава Богу, не надо было ничего доставать из печек. Такое ощущение, что меня пробила воздушная волна, в ушах звенело, в глазах темнело, дыхание перехватило. Я немного отдышалась, вставать ещё не хотела, но стало легче.
«Открой мне магию, сыну плохо, у меня близко к нулю».
Я открыла так, как мы тренировались открывать только для Кайра. Магия стала быстро ощутимо убывать.
«Спасибо».
Я посидела ещё. В пекарню кто-то зашёл. Я с трудом поднялась и вышла к прилавку. Гость, кажется, полицейский, купил буханку и пару булочек, пожелал спокойной ночи и ушёл. Я села на большой мягкий стул, по инерции стащила булочку и зажевала. Жевание почти успокоило меня, когда до меня доползли отголоски боли. Кажется, Кайр ещё забрал порцию магии – ни я, ни он не закрывали канал.
Пришёл Нэш:
- Что с тобой, сестричка? – я махнула в ответ рукой. – Дойдёшь до дома?
Я попробовала ответить, но горло перехватило спазмом – нехилая такая боль. Не физическая, душевная. Наверно, это чувствуют, когда умирает близкий человек. Умирает?.. ***, на ***, живи!!!
«Я-то буду жить…»
Он жив?
«Формально, да…»
А неформально?
«Он в коме».
Я представила, как обнимаю Кайра. Так мы просидели, наверно, час.
«Иди спать».
Я могу завтра позже встать.
«Нет, делай зарядку. Ты мне нужна здоровой. У меня не хватит сил ещё тебя утешать».
Меня не надо утешать, и я сильная. Сам иди спать.
«Я в акселе».
Это что такое?
«Ускоренное восстановление. Мне не нужно будет спать. Иди с Нэшем. Постарайся завтра никуда не выходить и ни с кем посторонним не общаться. Я не смогу прийти на помощь».
Я поняла.
Я посмотрела по сторонам. Нэш сидел рядом – он прибрался, приглушил свет и ждал моей реакции.
- Как Ояна?
- Я дал ей снотворное, и она уснула. Что с тобой?
- Что-то с магией, - Нэш не знал про Милорда. Я попробовала встать и пройтись, вроде получилось достаточно уверенно. – Проводишь?
- Конечно.
- Я, наверно, завтра не смогу прийти.
- Справимся. Завтра сможет прийти Лирана (сестра Ояны).