- Полностью поддерживаю Вашу задумку, князь, - мудрейший Валентин согласился первым.
Остальные мудрейшие также одобрили начинание князя Озерова. Когда вопрос был улажен, Чернек повёл своих гостей в терем местного князя, владевшего Вежинским острогом. Князь Роман из Малого Дома Легостевых был озадачен негаданным наплывом такого количества высоких гостей. Чернек Озеров озадачил его ещё сильнее, когда повелел самому начать угощение мудрейших. Сам же предельный князь Суломатья сообщил, что они с князем Юрьевым подойдут на пир чуточку позже.
- Что там у тебя насчёт Видогоста Булатова, Хотен?
- Пойдём со мной.
Князья направились в заключевницу Вежинского острога.
- Мои люди его на реке Рустовесь взяли. Купчишкой прикидывался. А сам посыльный, из Тайной стражи Всеслава, письмо вёз Клыковым. Держи, полюбуйся.
- Любопытно...
Хотен и Чернек вошли в небольшое прохладное помещение пыточной. На дыбе висел человек. Его худощавое тело было покрыто синяками и немногочисленными порезами, разбитые глаза закатились. Либо спит, либо без сознания. В нос шибал резкий запах пота, мочи и испражнений, особенно заметный после свежего воздуха. Пыточных дел мастер сидел на корточках в уголке и грыз ногти. Его отвратительная харя заросла густой щетиной, почти начавшей походить на бороду.
- Твой? - кивнул Чернек на мастера страданий.
- Нет, местный.
- Уже лето на дворе почти, а ты всё с бородой ходишь. Почему не бритый?
Чернек многое видел в жизни, но взгляд этого человека, едва не заставил князя поёжиться. Хоть он и сделал почтительный полупоклон, бесцветные глаза его ощупали тело князя оценивающим взором знатока. Сейчас он выведывает секреты, необходимые хозяину острога или владыке Старогулья. Но точно также сможет вырезать сведения из тела самого Чернека Озерова. И ни одна струнка в его чёрной душе не дрогнет. Предельный князь даже испытал жалость к висящему на дыбе бойцу Тайной стражи. Пыточных дел мастер провёл ладонью по щеке и шумно всосал воздух уголком плотно сжатых губ.
- Хэээ... Да я это, князь. Того в общем! Побреюсь, да. Хэээ...
Чернек выудил из кармана четыре медные резы и протянул их пыточному знатоку.
- Сходи к цирюльнику, побрейся.
Тот взял монеты в ладонь, понюхал их, после чего втянул уголком рта воздух.
- Хэээ... Благодарствую, князь, благодарствую... Схожу сегодня же. Хэээ...
- Стало быть Видогост в сговоре со Строговыми, - обратился Чернек к Хотену Юрьеву.
- Ну да, ты погляди как чётко умыслили. Убирают Деяна, Видогост нас отманивает своей ложью о союзничестве. А тем временем войско Строговых, Булатовых и Клыковых соединяется в Крайнесточье. И всё, у них перевес.
- Но зачем им убивать Деяна? - Чернек решил попробовать привести доводы против, хотя картина складывалась вполне однозначная. - Помнишь, на Великом совете он во всём поддержал замыслы Лесьяра. Да и всем известно, что Видогост всегда недолюбливал державную власть.
- "Недолюбливал", это шаткое умозрение. А вот то, что он женат на дочери Лесьяра Строгова это явь. И у него от неё шестеро детей. Кстати, племянники и племянницы Всеслава. Уж куда более надёжный друг, чем Деян. Мало ли что молодому в голову взбрело? Да и на войне Видогост по опытнее того мальца будет.
- Всё верно... Но всё же, не может ли это быть обманом?
Чернек покосил взор на письмо, где после приказа Ростиху Клыкову следовать с войском в Крайнесточье, красовалось странное пятно. То ли клякса чернил, то ли небрежно прорисованный жук. В письмах державного князя ему такого видеть не доводилось. Хотя... Он помнил лишь двух державных князей, а этот третий.
- Не может. Послушай, что посыльный говорит. Эй, - обратился Хотен Юрьев к пыточных дел мастеру, - разбуди его.
Тот плеснул на несчастного водой из ведра и стал бить по щекам.
- Ты, продирай зенки, погань! С тобой господа говорить желают.
Стражник с трудом очнулся и некоторое время приходил в себя. Наконец, сообразил что происходит и прокашлялся.