- Её никто из нас не потянет. Кстати, как поживает Пётр Строгов, он ведь у тебя сейчас гостит?
- Да, он хороший юноша. Смелый и хитрый. Хочет жениться на моей племяннице, Вере.
- Вот как? И ты одобрил эту затею?
- Да, одобрил. Почему нет, если они друг другу милы.
- Если милы, то хорошо. Но их брак сделает тебя ещё более близкой роднёй Дому Строговых.
- Не так уж это бесполезно, - улыбнулся Видогост. - Для меня.
Споры тем временем не угасали, оставляя всё меньше шансов на то, чтобы привести князей и мудрейших к обоюдному согласию. Чернек Озеров поднялся на ноги и поднял вверх руку в знак того, что требует внимания. Прошло некоторое время прежде чем разгорячённые перепалкой спорщики слегка угомонились.
- Спасибо, - сказал Чернек когда все готовы были слушать. - Мы с князем Булатовым мыслим, что затягивать войну с державной властью совсем не в наших интересах. Не в наших общих интересах, - добавил он на всякий случай, обводя взглядом собравшихся. - Новых разгромов Вежинское содружество может и не выдержать. Согласны ли вы с моей мыслью?
- В целом да, - поддержал Хотен Юрьев. - Нужна решительная победа.
Мудрейшие храмов пресветлых богов молча закивали. Им, как людям далёким от поля боя, были мало понятны возможные военные последствия новых поражений. Но как хозяйственные управители, все они прекрасно знали об огромной цене войны. Расходы храмов уже давно стали превышать их доходы. Многие были вынуждены черпать деньги из накопленных ранее сбережений. Хоть земли пока и не разорялись, но на крестьянские хозяйства плохо влияли новые налоги и необходимость поставлять мужчин в войска и дружины. Князья, занятые усилением своих войск, почти перестали жертвовать храмам деньги. Подаяния от купцов тоже снизились в несколько раз.
- К тому же все мы знаем, что мудрейший храма Благопроявлений уже подписал своё светлейшее дозволение на принятие в Рустовесской земле элаитства. И хоть все знают, что сделал он это под угрозой оружия, всё же в умы простых людей это вносит смятение. И так. Кто согласен, что мы должны решительно объединиться для достижение скорейшей военной победы? - спросил Чернек и первым же поднял руку. Его примеру последовали все остальные.
- А мы сможем одержать эту победу? - с сомнением в голосе спросил Филипп, мудрейший храма Аурина и Зары.
- Наш выбор прост, - отрезал Чернек - победа или смерть. Кто думает, что есть другой способ, пусть уходит прямо сейчас.
Уходить никто не стал. Князь Озеров подвёл всех к самой главной мысли.
- Раз все согласны, что другого выбора кроме решительной битвы нет, перейдём к главному. Я требую, чтобы меня выбрали верховным воеводой всех ратей Вежинского содружества.
- Ты требуешь этого? - Максим, мудрейший храма Сияя и Кипины едва не упал со скамьи.
- Именно. Никакого Совета ратных начальников не будет. В походе и на поле битвы я буду распоряжаться единолично.
- Но... Ты уже распоряжался у Каменного идола и чем это закончилось?
- В битве у Каменного идола я осуществлял только общее руководство. Теперь я требую, чтобы меня назначили верховным воеводой со всей полнотой военной власти.
- Это уже слишком, - Максим в надежде посмотрел на тех, кто мог осадить владыку Старогулья. К его разочарованию Видогост Булатов был слишком подавлен своими неудачами, да и князь Юрьев тоже не особо возмущался. - Ну... Как знаете, я человек не воинского ума, - сдался мудрейший.
- Только одно условие, - заговорил Хотен Юрьев, - ты, Чернек, будешь только военным командующим. В походе и на поле боя твои приказы беспрекословны. Но никакой политической власти ты иметь не будешь.
- Это справедливо, -согласился князь Озеров. - Кто за?
Все подняли руки в знак согласия.