«Секрет» мягко зашёл на платформу приёмки, стал снижаться. Всё, сели. Это самое главное. Дальнейшее от них уже не зависит – корабль будет медленно ползти по платформе, спускаясь всё ниже, пока не достигнет посадочного положения уже на планете.
Грей обернулся к команде. Два эпиметийца, Мабон, Ульрих-охотник, Аманда и он сам. Да, криссидам не поздоровится, учитывая, что криссиды земледельцы по сути своей и не имеют вооружения, а уж его команда вооружилась по макушку.
–Скройте лица, – напомнил Грей и сам потянул маску вверх.
Нет, разумеется, их установят. Установят, что никакой торговый корабль не садился к криссидам, что это была обманка, под личиной которой таился всё тот же «Секрет», уже хорошо известный властям ближайших систем. Но если «Секрет», то, значит, встречайте имена Грея и Аманды. А уж кого они наняли – дело десятое. Но сейчас лучше всё равно скрыть лица. Пока они будут идти до поселения, их могут узнать, начнётся шумиха и суета.
–Посадка завершена. Включается сберегающий режим маскировки, – механический голос самого «Секрета» уже давно не казался капитану Грею безжизненным. Ему казалось, что его корабль вполне чувствует его собственное состояние. Конечно, это было абсурдом, Аманда, узнав о его мыслях, даже не попыталась сдержать смешка, но Грей всё равно верил. Он поражался этой вере вопреки всему. Ведь это нелогично!
Но верил. И сейчас ему показалось, что корабль разочарован.
–Выходим, – сказал Грей тихо, надеясь, что «Секрет» не услышит. – Ульрих, ты впереди, как договорились. На налёт и сбор всего четверть часа. За теми, кто отстанет и задержится – не возвращаемся.
Жестоко? Да, но Грей знал по опыту, что без жестокости в мире беззакония нельзя. Не скажешь, что не вернёшься за теми кто опоздал, так все и опоздают – кто какую-нибудь местную несчастную разложит тут же, не считаясь со временем, кто в трактир завалится, кто в игру какую начнёт играть, а кто и грабить банально. А так коротко и ясно: торопись, а не то ты сам по себе.
Потянулись к выходу, сверяя в последний раз часы. Аманда выметнулась прочь в азарте и в бешенстве, уже через мгновение Грей услышал её голос, громкий, открывающий её местонахождение:
–А ну прочь с дороги, жаба болотная!
И выстрел. Глухой, расходящийся множеством искр при соприкосновении с телом. Выстрел бластера Аманды.
Грей ещё не видел что случилось, но уже знал – как минимум один криссид уже мёртв и его высокое стройное зелёное тело упокоено на его же земле до срока.
Надо идти, надо. Выстрелы и переполох уже поднялись, стали настойчивы и Грей пошёл им навстречу.
***
Без огня никак. Грей лгал себе, но без огня никак нельзя было обойтись и первые всполохи зашлись тогда, когда Аманда совсем рядом с ним протащила за волосы зелёное тело. Тело было молодым и явно женской особи, она плакала и пыталась что-то донести до своей мучительницы, но Аманду это не интересовало. Она отшвырнула её не для того, чтобы слушать о жалких предложениях обмена на себя или на мелкие монетки, а для того, чтобы вытащить из-под защиты этой особи маленькое создание…
Грей не стал смотреть как Аманда тащит маленькую криссидку за собой к точке сбора, и как криссидка, не плача, оглядывается на мать, что никак не может подняться – хорошо её Аманда приложила. Не плача, но лучше бы плакала. А так – безысходность. Не знает ещё маленькая криссидка ни цели похищения, ни тех, кто явился за ними, а уже поняла – домой ей не вернуться.
Грей не стал на это смотреть. Не стал смотреть он и на тактику Мабона – тот вздумал поджигать мелкие домишки и ждать, как побегут из дома криссидки с детьми, и тут же, на подходе, их перехватывать.
Они так не договаривались! Но выговорить ему за это придётся потом.
Щупальцевые эпиметийцы охраняли детей и понемногу сгружали их в грузовой отсек «Секрета». Дети вели себя по-разному. Кто-то пытался сопротивляться, кто-то принимал удар судьбы покорно, а кто-то плакал и всё пытался найти в огне и месиве зелёных, борющихся с налётчиками тел, своих…
–Ещё один дом, время на исходе, – Ульрих-охотник оказался рядом совсем неожиданно. Он нацелился на один дом, у которого был Грей, и даже сделал шаг.
–Не надо, – сказал капитан Грей, – я сам проверю.