— Очень хорошо, очень хорошо! — одобрил Слизнорт, не обращая внимания на драму за столом гриффиндорцев. — А теперь… — он указал на котёл возле стола когтевранцев. — Это зелье также широко известно… В последнее время не раз упоминалось в министерских брошюрках… Кто знает?..
Гермиона снова быстрее всех подняла руку.
— Это Оборотное зелье, — сказала она и шлёпнула Гарри по руке, которую он снова к ней потянул. (Нотт толкнул Блейза, указывая на поступок Гермионы, и они наконец нашли занятие поинтересней, чем лекция профессора).
— Отлично, отлично! Ну, а это… Да, моя дорогая, — сказал Слизнорт, слегка ошарашенный активностью Гермионы, которая снова подняла руку.
— Это Амортенция! — воскликнула Гермиона и наклонившись к Гарри прошипела: — Ещё раз…
— В самом деле. Как-то даже глупо спрашивать, — сказал потрясённый Слизнорт, — но вы, вероятно, знаете, как оно действует?
— Это самое мощное приворотное зелье в мире! — сказала Гермиона, отвлекшись от веселящегося Гарри, которому занятия по Зельеварению начинали нравится всё больше и больше.
— Совершенно верно! Вы, видимо, узнали его по особому перламутровому блеску?
— И по тому, что пар завивается характерными спиралями, — с большим воодушевлением ответила Гермиона, — и ещё оно пахнет для каждого по-своему, в зависимости от того, какие запахи нам нравятся, — например, я чувствую запах свежескошенной травы, и нового пергамента, и…
Тут она слегка порозовела и не закончила фразу. Гарри очень надеялся, что эта реакция связана с ним.
— Позвольте узнать ваше имя, моя дорогая? — спросил Слизнорт, будто не замечая смущения Гермионы.
— Гермиона Грейнджер, сэр.
— Грейнджер… Грейнджер… Вы, случайно, не в родстве с Гектором Дагворт-Грейнджером, который основал Сугубо Экстраординарное Общество Зельеваров?
— Нет, не думаю, сэр. Видите ли, я из семьи магглов.
Гарри заметил, как Малфой злобно ухмыльнулся, но после слов профессора резко скривился, словно перед ним поставили тарелку полную тухлых яиц.
— Ага! «Моя девушка — из семьи маглов и учится лучше всех на нашем курсе»! Полагаю, это и есть та девушка, о которой вы говорили, Гарри?
— Да, сэр, — сказал Гарри.
— Очень хорошо, мисс Грейнджер, примите заслуженные двадцать очков в пользу Гриффиндора, — добродушно проговорил Слизнорт.
Гермиона счастливо улыбаясь повернулась к Гарри чтобы поблагодарить, но заметив куда тянется его рука, зарычала и, пробурчав что-то про неудовлетворённых подростков, под удивленные взгляды заставила Гарри сесть на её место, заняв при этом его.
Рон толкнул Гарри в бок и напомнил про квиддич.
— Облом друг, лучше к матчу готовься. Похоже шансов поймать снитч у тебя больше, чем…
— Рон, заткнись, иначе все свои домашние работы будешь списывать у Чанг. Если, конечно, время найдётся, — прошипела Гермиона.
Гарри с Роном съёжились, переглянулись и фыркнули в кулаки. Грозной Гермиона могла притворяться сколько угодно.
Спустя час кропотливой работы над зельем Живой смерти, Гермиона вне себя от злости набросилась на Гарри.
— Да как ты мог выиграть. Ты не мог сварить его лучше, чем я! — было видно, что первое в жизни поражение в учёбе задевает её за живое.
— Это не я, — оправдывался Гарри. — Это всё учебник, — он показал ей потрёпанную книгу.
— О, ужас! Что за варвар пользовался ею?! — она взяла книгу в руки и кинула восстанавливающее заклинание, но ничего не произошло. Она раскрыла её и снова ужаснулась. — Да какой же идиот пишет в учебнике? — возмутилась она громко, но её голос становился всё тише, по мере того как она вчитывалась в строчки. — Хм, интересный способ. И что ты действовал по этим записям?
— Да, — ответил немного ошарашенный Гарри.
— Я пожалуй проверю её, и почитаю.
— Эй, она и мне нужна.
— Я отдам, — не глядя ответила Гермиона, вчитываясь в тонкий почерк. — Когда всё прочитаю и перепишу себе. Здесь может что-то нам пригодится для… — она подняла взгляд и, убедившись, что никто не слушает, прошептала: — Для крестражей и твоей головы.
— Да, с тобой я точно скоро свихнусь, — простонал Гарри вслед уже ничего не замечающей Гермионе.
Рон хлопнул его по плечу и наигранно посочувствовал:
— Да, друг. Теперь я похоже рад, что ты забрал её себе. Тут и Авада была бы милосердием.
К концу недели, перед занятием с Дамблдором, которое было назначено как раз на пятницу, Гарри сидел в гостиной Гриффиндора с книгой по Трансфигурации, рядом с Гермионой, которая в очередной раз погрузилась в мир знаний. Гарри чувствовал, что начинает злиться. Гермиона практически игнорировала его. Поцелуй в щёку или лёгкое касание губ не имели значения, и никакие намёки она не понимала. Даже прижатая к стене она умудрялась тонко сбежать, так не одарив Гарри простым поцелуем. Вот и сейчас она сидела обложившись книгами, что-то упорно переписывала. Постоянно поглядывая в небезызвестный учебник принадлежащий Принцу полукровке.
— Ты выяснил кто это? — спросила Гермиона, продолжая писать.
— Когда-то в школе училась Эйлин Принц, чистокровная ведьма. Это всё, что я нашёл, — пробурчал Гарри, осмотревшись по сторонам.
Без близнецов Уизли, которые сейчас занимались собственным бизнесом, на деньги подаренные Гарри, как чемпиону тремудрого турнира, здесь было уныло и скучно. Несмотря, на количество народу и то, как уютно поблёскивал огонь в камине. Рона опять не было, как и Невилла с Джинни. Он впервые в жизни чувствовал зависть, и это ему не нравилось. Надо думать о крестражах, а получалось только о Гермионе и их незаконченном деле. Его раздражало всё, особенно Нотт, который постоянно намекал на какой-то важный разговор. К концу недели он чувствовал страстное желание утопиться в Чёрном озере или кого-нибудь убить, от сочувствующего взгляда Рона и как будто понимающего — Нотта. Теперь уже и встречи с Дамблдором он ждал с нетерпением, чтобы хоть как-то скрасить будни.
— Это, всё что ты нашёл? — подала голос Гермиона, на что Гарри раздражённо рыкнул.
— Я свою девушку уже который день найти не могу. Она зарылась на страницах книг, теперь вот думаю может мадам Пинс попросить мне карту составить, чтобы найти её.
Гермиона улыбнулась, не поднимая взгляда, но перо, которым она строчила, замерло. Гарри стал подмечать детали, которые раньше не имели значения. Как она заправляет волосы за уши, как наклоняет голову, когда размышляет о чём-то, как возбуждённо рассматривает новую книгу, так что грудь начинает трепыхаться под белой блузкой. Нет, решительно он сходит с ума.
— Это совершенно не смешно, — возмутился он.
Гермиона взяла палочку взмахнула ей, что-то прошептав на латыни, потом ещё раз. После чего резко к нему повернулась и оседлала, чем несказанно его удивила, так что он охнул от неожиданности. Он посмотрел по сторонам, всё же не самое удачное место для таких экспонирований. Но в гостиной ровным счётом ничего не изменилось, все занимались своими делами, словно Гермиона не сидела на нём, в позе больше подходящей для занятий любовью.
— Что ты сделала? — прохрипел Гарри чувствуя прилив крови во вполне определённом месте. Юбка Гермионы задралась, демонстрируя белую кожу бёдер, и Гарри, почти не соображая, провёл по её ногам руками, забрался под юбку и сжал ягодицы.
— Иногда, зарывшись в учебники, можно узнать много интересного, — негромко сказала Гермиона и потёрлась носом о щёку Гарри. — Эти заклинания применяют для отвлечения внимания. Очень удобно, я считаю. Вот я и попробовала.
— Очень удобно, — полностью согласился Гарри и сразу же напал на её губы, и целовал так, словно отыгрывался за неделю бездействия. Его пальцы уже проникли под бельё, а руки Гермионы, до этого покоившиеся на его шее, стремительно спустились к поясу брюк и взялись за пряжку. Она проникла пальцами внутрь и нащупала влажную головку твёрдого члена, но резко отдёрнув руку, вскочила на ноги.
— Ну, что? — простонал Гарри и в его голосе была вся скорбь мира.