– Вели мысленный диалог? – предположил Ринос.
– Почём мне знать? – пожал плечами Брингбор. – Я в этих делах ни демона не смыслю. Ну так вот. Кстати или некстати, на подмогу подоспела мать Эсми. Она подкралась к чудищу сзади, запрыгнула ему на спину, попыталась задушить. В этот момент Эсми вывернулась из лап чудища и отползла в ближайшие кусты. А вот матери не поздоровилось. Фаро смахнул её с себя, точно гусеницу. Несчастная врезалась головой в дерево, и у ног Эсми приземлилось бездыханное тело. Винтан сгоряча метнул в зверя шаровую молнию. Тот уклонился и в свою очередь атаковал. Завязался бой, окончившийся, так сказать, ничьёй. Оба противника получили смертельные раны. Это всё, что помнила Эсми. Остальное я услышал от Мэрис. После похищения девочки она сидела, скрючившись от страха, в самом тёмном углу амбара до тех пор, пока туда не ворвался взмыленный староста. Оллат почему-то возомнил, что Мэрис – такая же полноценная чародейка, как Винтан. Без всяких объяснений, несмотря на её протесты, силой поволок в злополучный лес. Там они нашли три трупа и рыдающую Эсми. Чтобы избежать огласки, староста велел Мэрис при помощи колдовского огня сжечь тело оборотня. Зато родителей Эсми похоронили честь по чести. Правда, опять без участия вейди – обряд отправлял сельский знахарь. Через несколько дней Новоракитное покинула жена Фаро с малолетним ребёнком. Любопытным Оллат говорил, что его сын раздумал возвращаться, поэтому вызвал семью к себе. Что касается Мэрис, наш пронырливый староста под видом благодетеля ловко взял её в оборот. Справил для них с Эсми новую избу, живностью обеспечил, ткацкий станок отдал. Не задаром, конечно, а в обмен на клятвенное обещание, что они будут держать язык за зубами. И ещё, Оллат наказал Мэрис приглядывать за Эсми и докладывать обо всех её помыслах.
– Мести боялся, – вставил Ринос.
– Или того, что девочка отправится за справедливостью в Хаэрфост, – подал голос Тиранай.
– В любом случае, – продолжил Брингбор, – Эсми вела себя смирно. До той поры, когда община приросла погорельцами из Тиховодья. Около полудюжины семей у нас обосновалось. Два года назад. Среди них Эсми почувствовала наследника Фаро. Какое-то время у меня получалось отговаривать её от опрометчивого поступка, но она становилась всё одержимее. И однажды ушла. За головой выродка – так она сказала. Я хотел её остановить, пытался, да вот не вышло.
– Почему вы не сообщили в нэтэр? – возмущённо вскричал Ринос.
– Собирался – Нуна опередила. Не по возрасту шустра старушка.
– Вы забыли упомянуть одну важную вещь, – строго заметил караг. – Кто из переселенцев является сыном Фаро и новым оборотнем.
– Сказал бы, если б знал, – вздохнул хозяин. – Спросите у Мэрис. Может, ей известно. Мне Эсми эту тайну не доверила.
У Тираная закралось подозрение, что Брингбор на сей раз покривил душой, однако, по обыкновению, он прикрыл свои истинные мысли маской доверительного внимания к собеседнику. И незаметно, с присущей ему ловкостью, отошёл в тень, предоставив Риносу возможность выведать малозначительные детали.
Когда темы для обсуждения закончились, Брингбор грубо выпроводил волшебников. Против чаяний друина, муж Эсми не удосужился накормить гостей обедом, так что обратный путь вейди проделали под жалобные песни голодных желудков.
По счастью, о волшебниках позаботился Юк. Несмотря на то, что к дневной трапезе они опоздали, а у старосты строго чтили установленный распорядок, обаятельному вознице потребовалось лишь пять минут полюбезничать со снохой Оллата, чтобы страждущие получили копчёную свиную рульку, паштет из гусиной печени, миску квашеной капусты, ржаные лепёшки и пиво из хозяйского погреба. После еды настроение улучшилось, и тем не менее, друина не отпускала смутная, не вполне понятная даже ему, тревога.
* * *
В ту ночь Риноса мучила бессонница. Мысли забавлялись игрой в чехарду. Умозаключения воздвигались незыблемыми бастионами, а мгновения спустя рассыпались прахом под напором сомнений. Да, безусловно, учитель рассудил разумно: ближе к полнолунию следует устроить засаду возле той жуткой свалки. Предпочтительнее взять оборотня живьём, иначе не раскрыть его человеческий облик. Чудесный план, если бы не малюсенькая загвоздка. Пока они будут караулить зверя, село останется без защиты, поскольку на нечисть удалённые чары вроде обережных или сигнальных почти не действуют. Но и разделяться нельзя, памятуя о прискорбной участи Винтана, сражавшегося с предыдущим монстром в одиночку. Значит, надо придумать другой способ поимки душегуба. Почему бы не попытаться вывести оборотня на чистую воду до того, как к нему вернётся способность к перевоплощению? Ведь с человеком, сколь бы дурён он ни был, справиться гораздо легче, чем со зверем. Тем более что подозреваемый у Риноса имелся.