— Думаешь, вам будет больше пользы от зверя, который помер больше двух сотен лет назад, чем от того, кто жив сейчас? — усмехнулся Азар. — Тот зверь даровал вам магию всего на десять поколений. Ваши дети, которые родятся после этого срока, уже не будут владеть камуфляжем. Они не выживут в этом лесу, если не заключат новый договор.
Кенрон припомнил, что одно поколение — это время от рождения ребенка до того момента, как у него появляются свои дети. Стало быть, десять поколений это от двухсот до двухсот пятидесяти лет. Судя по словам Азара, договору дайгонцев с неведомым зверем не долго было оставаться в силе.
— Ты наверняка уже знаешь о дайгонцах, которые родились без магии камуфляжа, — сказал Азар, — Может и твои дети уже не смогут ее использовать.
— Да, ты прав, я знаю таких людей, — вынужден был признать Кенрон. — Одна моя подруга не может использовать камуфляж. Говоришь, это неизлечимо?
— Это не болезнь, — гаркнул Азар, похоже, терпение его иссякало. — Договор, который вы заключили, подошел к концу. Вам нужно выбрать нового зверя и просить его о помощи. Только так вы и ваши потомки выживете в лесу.
— Мне нужно подумать над этим, — сказал Кенрон.
— Если сейчас же не съешь это зерно, — сказал Азар, — беспокоиться тебе придется не о потомках. А о том, как пожить лишнюю минуту-другую.
— Ясно, — кивнул Кенрон. — Представь, что я согласился. Со мной в лес явились кобольды, если они доберутся до города и расскажут обо всем этом, у меня будут проблемы, и внимание к Монтуну только усилится. Охотники захотят разобраться с опасным зверем, защитники которого рыскают по лесу.
— Поэтому ты убьешь кобольдов, — сказал Азар.
— Я отправил двух из них в лес принести мне еды, — сказал Кенрон, разводя руками. — Позволь мне их дождаться. У меня будет еда, чтобы не помереть с голоду. Все кобольды будут в сборе, я смогу разом от них избавиться.
— Сколько тебе нужно время на эти глупости? — с явным нетерпением процедил Азар.
— Хотя бы до завтра.
— Я дам тебе два часа, — отрезал Азар. — Я буду сверху, если я потеряю тебя из виду, договору конец. Больше отсрочек не будет.
Азар расправил крылья и в следующее мгновение оказался высоко над головой Кенрона. Остальные фарги на поляне так же принялись расправлять крылья. Сейчас Кенрон не был уверен, что смог бы одолеть и одного из них, он все еще не чувствовал силы в руках, навряд ли он смог бы ударить мечом достаточно быстро и точно, чтобы поразить даже обычного фарга.
Вскоре он остался на поляне с Лиарой, о недавней встрече с фаргами напоминали лишь шесть кратеров, оставленных в земле. Впрочем, и этого вполне хватало, чтобы отнестись к угрозе Азара серьезно.
— Он нас пощадит? — спросила Лиара, похоже, просьбу отправиться в лес за едой она восприняла буквально.
— Не нужно было отходить далеко.
— Но ты сказал…
— Он не оставит нас в покое, — сказал Кенрон. — Вернется через два часа, тогда все и закончится так или иначе.
Лиара принялась разглядывать землю под ногами.
— Что же нам делать? — несмело спросила она.
— Я надеюсь, что Фэй и Баллира смогут раздобыть мокрицу и вернуться, — сказал Кенрон. — Времени на это у них совсем немного.
— Если ты вылечишься, чем это нам поможет?
Кенрон не сомневался, что подвижность на земле их единственное преимущество. В бегущую цель фаргам будет попасть куда сложнее, чем в стоящую на месте.
— Мы сможем разделиться, — сказал Кенрон, — я побегу к Венни и отцу и выясню, что с ними. Вы побежите к городу. Азар наверняка разделит стаю, возможно, вы никого не встретите и доберетесь до Керфена. Может мне повезет, я встречу отца, и он поможет мне.
— Бегаю я не очень, — созналась Лиара.
Об этом Кенрону напоминать было не нужно. Он понимал, что запинаясь на каждом шагу, добежать до города под атаками фаргов не сможет никто.
— Тогда не трать время зря, потренируйся, — сказал он.
— Что будет, если Фэй не принесёт пиявку ко времени? — спросила Лиара.
Кенрон развел руками так широко, что чуть не выронив костыль.
— Обед у меня будет не такой вкусный, как завтрак.
Глава 27
Фэй разглядывала Баллиру, которая развалилась на траве, стоило им отойти от лагеря подальше. Ей хотелось пнуть лежебоку, чтобы та поднялась и занялась делом. Где это видано — отправится на задание и тут же начать его саботировать. Впрочем, Фэй понимала, никого она не пнет, духу не хватит. К тому же на применение силы у нее было формального права. Баллира не была ее подчиненной, по крайней мере, не в данный момент. Ими руководил Венни и где он находился, был жив или нет, никто из них не знал. Фэй даже не могла пнуть Баллиру в шутку, ведь они не были близкими друзьями. Оставалось только смотреть с укором, но это не помогало.
— Да, он не сказал, как выглядит существо, — согласилась Фэй, — но это и не важно. Ты просто ищешь отговорки, чтобы ничего не делать.
— Я много выполнила бессмысленных поручений за свою жизнь, — сказала Баллира. — У меня на них уже аллергия.
— Я опишу тебе это существо, — предложила Фэй. — По размерам небольшое, ведь оно должно проникнуть в рот своей жертве. Потом оно занимает место языка, если будет слишком маленьким, не сможет прижимать еду к небу и проталкивать в горло.
— Что-то у тебя не сходится, — буркнула Баллира, не поднимая взгляда.
— Это животное вырастает, когда добирается до еды, — заключила Фэй. — Оно становится размером с язык жертвы. Верхняя часть существа должна быть гладкой… Да что я распинаюсь, мы ищем белый язык с глазками и ножками.
— Почему именно белый? — спросила Баллира.
— Окрас у животных появляется только когда животные не могут без него выжить. Когда для животного окрас не важен, оно остается белым.
— Ясно, — сказала Баллира и помахала рукой. — Удачи в поисках.
Фэй заскрежетала зубами в немом бессилии, ей не хотелось идти глубже в лес одной, при этом Баллира сейчас напоминала больше балласт, чем помощника. Она даже не удосужилась захватить с собой оружие. Должно быть, еще в лагере решила, что проспит весь поход и будет разве что с боку на бок переворачиваться.
— Так и знала, тебе хоть объясняй, хоть нет, работать ты не собираешься, — воскликнула Фэй. — Даже меч с собой не взяла. Конечно, лежать на травке он тебе никак не поможет.
— Какой мне от него толк? — сказала Баллира, пожимая плечами. — Меня никто не учил им пользоваться. Люди не разрешают кобольдам учиться фехтованию.
— Это пока тебя не назначат на профессию, где оружие необходимо, — напомнила Фэй. — Когда тебя записали в охотники, ты могла начать тренироваться. Я не разу не видела тебя на занятиях.
— Из меня плохой мечник. Сколько не маши клинком в воздухе, это не изменится. Чего ты переполошилась, я же сказала, что отдам тебе свою долю, если останешься. Получишь свои десять тысяч и даже пальцем шевелить не придется. Конечно, если мальчонка вообще нам заплатит, что-то я в этом сомневаюсь.
— Этого мне мало, — сказала Фэй.
— Извини, больше нет.
— Ты не забыла, что и за Монтуна на обещали хорошо заплатить?
— И ты решила рискнуть всем ради денег.
— И я собираюсь эти деньги получить, с твоей помощью или без.
Сказав это, Фэй развернулась и отправилась прочь с поляны, сейчас она уже и не хотела никакой помощи от Баллиры. Она решила, что быстрее справится в одиночку, чем с таким союзником.
День близился к полудню, становилось жарковато. Баллира наслаждалась тишиной и редким щебетанием какой-то одинокой птицы высоко в кронах деревьев. Лишь одно мешало ей получать удовольствие от отдыха в лесу. И если бы кто-то сказал, что ей мешает чувство вины из-за того, что она отпустила товарища по несчастью в опасную лесную чащу в одиночку, Баллира рассмеялась бы этому типу в лицо. Нет, получать удовольствие от жизни ей мешала тесная в груди кольчуга.
Венни говорил, что кобольды должны носить кольчуги во время всего похода на в лес. Однако, он не говорил, что поход может длиться больше одного дня. А еще сам Венни не страдал от кольчуги, которая жала в одном месте и болталась в другом, он раздобыл себе охотничий костюм из дорогой ткани, устойчивой к порезам, еще и сшитый по заказу.