— Это водное животное, — припомнил Кенрон, — сколько оно продержится на воздухе?
— Думаю, около часа, потом придется вернуть его в бутыль.
— Если за час оно меня не вылечит, нужно будет придумывать что-то еще. Оно же сосет кровь, не так ли?
— Да, — кивнула Фэй, — что делать, если оно попытается выпить твоей крови?
— Радоваться и не мешать ему, — ответил Кенрон. — Если оно сочтет меня своим носителем, наверняка вылечит. Немного крови ради этого мне не жалко.
Мокрица боязливо поднялась на ножки и переползала с одной части голени на другую, Фэй подтолкнула ее пальцем к центру фиолетового пятна, под которым скрывался перелом.
— Хотел с тобой кое-о-чем посоветоваться, — тихо произнес Кенрон.
— Я думала, ты у нас всезнающий охотник, — ответила Фэй, не сводя глаз с мокрицы.
— Всезнающий это точно не про меня, — отозвался Кенрон. — Тут кое-что случилось тут после того, как вы с Баллирой ушли.
Он принялся рассказывать о встрече с Азаром и о победе над ним. Хотя, больше, чем этот успех, Кенрона волновало предупреждение Азара о том, что кто-то, называемый убийцей, может явиться на поляну в ближайшее время. Его-то он и ждал, скрывшись в камуфляже прошлым вечером.
— Похоже, наши проблемы и не думают заканчиваться. — Фэй подтолкнула мокрицу, засеменившую было к краю ноги, в противоположную сторону. — Если ты хочешь знать, кого он мог отправить — я не имею понятия.
— Нет, я хочу узнать, кто у них всех главный, — сказал Кенрон.
— У кого главный? — не поняла Фэй.
— У Монтуна, Азара и у этого убийцы, который, судя по всему, уже к нам направился.
— И ты считаешь, что я могу это знать? — удивилась она. — Я думала, что Монтун отправил Азара, ведь о его безопасности Азар так печется.
— Главный у них кто-то другой. — Кенрон покачал головой. — Еще до того, как мы сюда свалились, мы с Азаром перекинулись словечком. Я спросил у него, умен ли Монтун так же, как он. Тогда я всерьез задумался, а не отменить ли эту охоту. Мне бы не хотелось убивать существо, с которым можно разговаривать и которое мне ничего не сделало. Однако, Азар сказал, что Монтун неразумен. Думаю, это правда.
— Они оба лесные твари, — напомнила Фэй, — здесь они появились на свет. Кому они могут служить, если не сами себе?
— Азар говорил, что он служит лесу, — сказал Кенрон и шепотом добавил. — Я думаю, что он ошибается. Когда лес действует, он как стихийное бедствие, может сокрушить городскую стену и наслать болезни на неугодных ему охотников. Лес не избирателен. И лес не наказывает за охоту, он карает за рубку деревьев. Сейчас на нас напала одна разумная птица и стая неразумных. Набросились на нас за то, что мы отправились на охоту на конкретное существо. Насколько я знаю, лес никогда подобного не делал.
— Хорошо, кто-то третий управляет ими обоими, — медленно кивнула Фэй, — есть некая загадочная персона. Но откуда мне знать, кто это?
— Потому, что этот некто, — твердо произнес Кенрон, — наверняка недавно пришел в лес и там получил свои способности. Возможно, ты слышала про такой случай.
— С чего же ты так решил? — спросила Фэй.
— Раньше никто не сталкивался с тем, что увидели мы. Говорящие птицы, защищающие другой вид, попытки переманить охотников на защиту лесных тварей. Если бы такое случалось раньше, слухи ходили бы по всему Дайгону.
Размышляя над словами Кенрона, Фэй совсем позабыла о мокрице, она спохватилась в последний момент — существо подползло к краю ноги и чуть не сорвалось на пол. Фэй вернула мокрицу в центр огромного синяка и спросила:
— Как давно по-твоему этот тип живет в лесу и покрывает Монтуна?
— Я думаю, — на мгновение Кенрон замолчал, обдумывая вопрос, — несколько лет, не больше. Раньше охотники ходили к зверю куда чаще, тогда зверю грозила куда большая опасность. Но никто его не защищал так, как сейчас.
Фэй пожала плечами, выводы Кенрона казались ей верными и все же она не понимала, кто может быть этим загадочным защитником Монтуна, и как им может помочь то, что они установят его личность.
— Что же ты сделаешь с ним, если встретишь? — спросила она.
Кенрон усмехнулся.
— Мне ведь нет до этого парня никакого дела.
— А может, это девушка, — усомнилась Фэй.
— Но лучше знать, что этот человек…
— Или кобольд, — добавила Фэй.
— Что он задумал, — закончил Кенрон, — ведь он может встретиться нам в логове Монтуна. Возможно, он недооценивает нас и явится только, когда мы убьем зверя. В любом случае, нам будет проще совладать с ним, если мы уже сейчас поймем, кто он и чего хочет.
Фэй задумчиво помассировала подбородок, собирая в уме все, что сказал Кенрон, наконец, она произнесла:
— Это тот, кто пытается всеми силами защитить Монтуна и имеет какие-то неизвестные нам магические способности. Я думаю, что мы можем исключить регента Барглиса и его свиту.
— Конечно, регент тут ни при чем, — изумился Кенрон. — Почему ты вообще его упомянула?
— У его телохранителя Лисидии, — пояснила Фэй, — есть множество магических сил, о которых я ничего не знаю. Может одна из них — наделять разумом животных из леса. Но по другому пункту Барглис не подходит. Очевидно, он хочет смерти Монтуна и не стал бы нам мешать. А его телохранитель верна ему. По крайней мере, в таких важных вопросах.
К этому Кенрон поспешил добавить:
— К тому же, регент — отличный парень, мы часто общались в последние годы. Он привозил мне иностранные диковинки, а я выполнял для него срочные охотничьи заказы. Добрее человека не сыскать. Если бы этим лесным негодяем оказался Венни, все было бы куда проще, не находишь?
— И зачем же мастеру Венни защищать Монтуна? — настал черед Фэй удивляться. — Разве он не охотится на него уже несколько лет?
— В том и дело. — Кенрон пристально взглянул на Фэй, желая убедиться, что она воспримет его слова серьезно. — Венни совсем не хочет смерти этого зверя. Мне сложно объяснить, что он делает, но охотой это точно не назвать. Он скармливает Монтуну кобольдов ради своего развлечения.
— У мастера Венни идеальный послужной список, — холодно отозвалась Фэй. — Множество кобольдов, обязаны ему всем, что имеют. Прежде, чем обвинять его в чем-то, лучше собрать нерушимые доказательства. Даже я получила свою высокую должностью только благодаря ему.
— Нет у меня никаких доказательств, — отмахнулся Кенрон. — Да и не он это. Я готов поверить, что Венни получил какие-то магические способности. Ведь он много раз ходил в лес. Вот только, когда Азар напал на нас, он пытался убить и Венни тоже. Сначала чуть не завалил камнями, затем уговаривал меня убить всех, кто ехал в грузовозе. Если бы я согласился, Венни бы не выжил. Не стал бы он пытаться убить всех вас и себя за одно.
— Мы же не будем перечислять всех жителей Керфена? — спросила Фэй. — Что толку гадать без единой улики?
— Большинство дайгонцев с Монтуном никак не связаны, — произнес Кенрон, — и даже не знают о его существовании. Подумай, кто еще слышал об этом звере, может, что придет в голову. В любом случае, наверняка этот тип придет, как только мы убьём Монтуна.
— Если так, он будет не слишком доволен, — заключила Фэй.
Кенрон прекрасно понимал, что всего лишь высказал догадку. Возможно, после убийства Монтуна его хозяин и не явится вовсе, и такой вариант его полностью устраивал. Кенрон хотел лишь получить то, что ему пообещали за эту охоту и не стремился нажить себе новых врагов. Хорошо бы сделать все по-тихому, размышлял он, убить зверя и убраться в Керфен, как можно быстрее. Кто бы там ни стоял за Монтуном, погорюет немного о своей погибшей зверушке, а потом найдет нового любимца, в лесу хватает разных чудишь на любой вкус. Для того, чтобы провернуть дельце быстро и без лишнего шума, нужно сперва излечить ногу, а потом уже думать обо всем остальном.
— Как там поживает мокрица? — спросил Кенрон.
— Боюсь, — отозвалась Фэй, — твоя нога ее совсем не заинтересовала. Скоро придется вернуть ее в воду и дать отдышаться час-другой.
— Баллира рассказала, что ты держала ее во рту, — припомнил Кенрон.